Боль, единение и надежда: рецензия на спектакль Дмитрия Крымова

Год начался с боли. 1 января сразу придавило: «Страшный пожар в нью-йоркской квартире знаменитого режиссера Дмитрия Крымова. Квартира выгорела полностью. Крымов и его жена Инна госпитализированы с тяжелыми ожогами». Даже сейчас, спустя много месяцев, когда все, слава Богу, обошлось, все равно страх за близкого человека не оставляет.

Имя Дмитрия Анатольевича Крымова, я думаю, многим в Эстонии известно. Его удивительные спектакли неоднократно к нам привозили до недавнего времени, но война разорвала, казалось бы, прочные культурные связи между Россией и Эстонией. Да и сам Дмитрий Анатольевич теперь работает в Нью-Йорке, где открылась его творческая лаборатория Krymov LAB NYC.

История знакомства

Людей, которых любишь всегда, остро и постоянно, в жизни каждого обычно немного. Когда каждая встреча – счастье, а ощущение присутствия в тебе этого человека – постоянно, значимо и нежно. Для меня Дмитрий Анатольевич Крымов – это всегда восторг, восхищение благодарного зрителя и потрясенного коллеги… и еще много-много чего-то личного, особенного.

Я до сих пор в деталях помню нашу первую встречу. Я тогда еще только собирался поступать на режиссерский факультет и увидел в каком-то каталоге четырехтомник великого Анатолия Эфроса. Стал искать. Кто-то мудрый – скорее всего, Иосиф Райхельгауз – посоветовал спросить у сына Эфроса, Дмитрия Крымова. Раздобыл телефон, не очень понимая, как и о чем я спрошу у незнакомого человека. Позвонил – и сразу все сомнения исчезли. Удивительная, ни с чем не сравнимая крымовская интонация. Я восхитился им сразу, по телефону.

Приехал в театр Станиславского, где он тогда репетировал. Получил в подарок бесценные книги его отца, которые и сейчас часто перечитываю с благодарностью. Крымов как будто надписал их своей добротой.

Случалось, Дмитрий Анатольевич и потом дарил мне книги, всегда нужные и волшебные. Щедро дарил свое время, свои советы, свою поддержку. У него какая-то особая, выдающаяся, присущая только ему острая форма душевной щедрости.

К чему такое длинное вступление? Просто хочу рассказать о самом свежем крымовском спектакле, который, мне кажется, вобрал в себя всю душевную красоту и тонкость Дмитрия Анатольевича. Спектакль называется «Фрагменты». Я его видел совсем недавно, в драматическом театре литовской Клайпеды. Искренне жаль, что не в Таллинне.

Очень досадно, что теперь культурное сотрудничество с такими выдающимися деятелями российского и мирового театра, как Крымов, в нашей стране обставлено невероятными сложностями и условностями. Честно говоря, не знаю в мировой истории ни одного примера, чтобы подобная изоляция принесла бы хоть кому-то какую-то пользу…

Но, к огромному счастью его многочисленных поклонников, в Северной Европе до Клайпеды все же значительно ближе, чем до Америки.

Лестничная клетка: сцена из спектакля «Фрагменты». Фото: Филипп Лось

Фрагменты «Фрагментов»

Поскольку все же я очень надеюсь, что вы увидите и оцените его сами, постараюсь не пересказывать сам спектакль. Да это и невозможно. Я видел на сцене счастливых актеров, наполненных эмоциями, драйвом, любовью друг к другу. Великий кудесник Крымов разбудил, открыл в них для своего спектакля самое сокровенное, живое и удивительное. О чем этот спектакль? О боли, о сострадании, о любви, о доброте, обо всем, из чего состоит душа.

Следуя своему сформировавшемуся режиссерскому почерку, Крымов опирается на классическую русскую драматургию, исследуя и открывая в ней новые мотивы и смыслы. В основе спектакля «Фрагменты» – третье действие чеховских «Трех сестер», но это лишь повод для авторского сочинения.

Сценическая реальность, придуманная замечательным художником Ириной Комиссаровой, вроде бы абсолютно узнаваема – лестничная клетка старого дома, проработанная до мельчайших деталей, старинный лифт, потертые стены с почерневшей электропроводкой. И – не покидающее с первых минут ощущение тоски и тревоги. В безмолвной цикличности происходящего в этом странном подъезде (а первые полчаса актеры не произнесут ни слова) сразу чувствуется какая-то безнадежность.

Откуда-то сверху по лестнице скатывается брошенный девочкой мяч и на наших глазах начинает вдруг жить какой-то своей, самостоятельной жизнью. И тревожно – а что же случилось с ребенком? Нервно мигающие светильники, на лестничной клетке постоянно возникают загадочные, невесть откуда берущиеся звуки. Лифт живет своей особой жизнью, зловещей и непонятной, словно подчиняясь каким-то неведомым зрителю силам и законам. Режиссер удивительно мастерски держит напряжение, из этого подъезда хочется немедленно убежать, бежать куда глаза глядят, хоть на край земли. Да и пожилой мужчина, являющийся неотъемлемым атрибутом лифтовой кабины, выглядит крайне пугающе.

Потом внезапно сцена развернется, и мы окажемся внутри квартиры, и новая страница этой завораживающей истории начнется с полной тишины, пространство замрет перед надвигающейся катастрофой. А потом – взорвется привычный, уютный мир старого обжитого жилища, сгорит и смешается с золой и грязью все, что было так дорого и важно.

Будет метаться, задыхаться и умолять о помощи главная героиня, чеховская Ольга – Саманта Пинайтите (кстати, всех персонажей крымовского спектакля зовут именами литовских актеров, которые их играют). А прекрасная Тома Гайлиуте – Маша – будет невозмутимо наблюдать за разгорающимся в квартире пожаром. Ближе к развязке на сцене появится очаровательная Сигуте Гаудушите – Наташа, и первым делом она расскажет всем о преимуществах арбузной диеты. Между тем растерянный Дариус Мешкаускас – Чебутыкин на руках вынесет с пепелища чудом уцелевшую Саманту.

Крымовский спектакль разворачивает перед нами летопись крушения привычного и казавшегося еще недавно устойчивым мира, который гибнет безвозвратно на наших глазах. Но, пока мы живы, надо жить дальше, и автор вместе с нами собирает остатки рухнувшего счастья и гармонии, и только милосердие, сострадание, доброта оказываются способными вернуть нам смысл и вкус жизни.

Чудом уцелевшая в пожаре Саманта в окружении близких будет ярко и неистово переживать за героев любимого французского фильма «Набережная туманов» с Жаном Габеном и Мишель Морган, и волшебный мир фантазии защитит ее от собственного горя. Дмитрий Крымов и его соавторы подарят вам удивительное ощущение единения и надежды. А что может быть в нашей непростой жизни важнее!

Поэтому искренне всем вам советую найти возможность, поехать в Клайпеду и подарить себе этот чудесный театральный праздник.

Поверьте, очень важно и полезно вот так иногда разомкнуть привычный круг местных театральных событий и съездить на свидание с театральным действом высочайшего уровня. Очень, кстати, советую. Вполне бюджетно – сесть за руль своего авто или прокатиться на автобусе с пересадкой в Риге. И билеты в театре недорогие. Спектакль на литовском, субтитры английские. И сама Клайпеда, уверяю, своей неброской красотой вас не разочарует.

«Набережная туманов»: сцена из спектакля «Фрагменты». Фото: Филипп Лось

Полезные ссылки

Просьбы о помощи и безразличие: Саманта Пинайтите, Дариус Мешкаускас и Сигуте Гаудушите. Фото: Филипп Лось

Последние

Свежий номер