В последнее время фильмов для детей снимается немного – сложно и затратно. Зато процветает полнометражная анимация: мультфильмы номинируются на престижные премии и зарабатывают для студий больше, чем иное кино. Возможно, потому что нынешние производители мультфильмов делают ставку и на взрослую аудиторию.
Давно канули в Лету времена, когда мультики считались исключительно детским делом. Сейчас «Ледниковый период» или «Шрека» с удовольствием смотрят и те, кто давным-давно вышел из школьного возраста.
Юность метра
Причем зрителей мультов никак нельзя отнести к кидалтам – людям, которые не желают взрослеть, а потому привержены атрибутам розового детства. В интерпретации современных мультипликаторов сюжеты классических сказок приобретают порой весьма оригинальную трактовку, мультперсонажи отпускают фривольные шуточки и заводят рискованные разговоры.
Как ни странно, первую ласточку в этом направлении запуcтил целомудренный Уолт Дисней, породивший моду на анимационные полнометражки. В 1937 году, когда экономика США ухнула в еще одну яму Великой депрессии,
он умудрился найти 1,5 миллиона долларов – беспрецедентную по тем временам сумму для мультфильма.
Пока Дисней рисовал историю о Белоснежке и семи гномах, продюсеры крутили пальцем у виска и предрекали студии крах. Однако дядюшка Уолт оказался прав: после первого же показа «Белоснежки» в Америке, мультфильм пять раз окупил свой бюджет. Успех первого в мире полнометражного мультфильма был феноменальным – он получил полноценную статуэтку «Оскара» и семь маленьких – по числу гномов. Символично, что приз Диснею вручала Ширли Темпл, одна из самых высокооплачиваемых кинозвезд времен Великой депрессии. На тот момент ей едва исполнилось девять лет.
Портрет на заказ
После триумфа «Белоснежки» кинобизнесмены почуяли в анимации некий потенциал и с большей охотой начали финансировать мультфильмы, но все же побаивались делать на них крупные ставки. Однако мультипликаторам и этого хватало. Они оттачивали свое мастерство, осваивая новые технологии, а продюсеры тоже не теряли времени зря, выясняя, что, как и о чем лучше рисовать, кого из актеров приглашать для озвучивания анимированных персонажей и какими средствами нагнетать интерес публики. Так, киношные суперзвезды, ранее не видевшие для себя особого интереса в том, чтобы озвучить какого-нибудь рисованного персонажа, теперь стоят в очереди на кастинг и гордятся своими работами в области мультипликации.
Кэмерон Диаз как-то призналась, что ей очень нравится озвучивать принцессу Фиону, потому что, когда она видит себя на киноэкране, не может удержаться от негативной оценки своей внешности, а вот глядя на зеленокожую принцессу, ей не приходится переживать.
Модный тренд большой мультипликации – придавать персонажам специфические признаки, позволяющие опознать озвучивающих их актеров. Так, в развеселом осле из «Шрека» так же легко опознать Эдди Мерфи, как в элегантном и врадчивом коте – Антонио Бандераса. Герои «Подводной братвы» позаимствовали у озвучивавших их актеров разные детали внешности: уши Уилла Смитта, губы Анджелины Джоли, скулы Рене Зеллвегер, брови Мартина Скорсезе и родинку Роберта Де Ниро. А в пластике крыса Вени из российского мультфильма «Белка и Стрелка» есть что-то от гениального Евгения Миронова.
Красавица против Терминатора
По статистике, три четверти самых кассовых мультфильмов выпущены уже в XXI веке. Пожалуй, единственным исключением стала «Красавица и чудовище» – в 1991 году мультфильм заработал 425 миллионов долларов.
В то время переплюнуть мультфильм по сборам смогла только вторая часть «Терминатора».
Но и этот рекорд был взят, когда на международную сцену вышла студия Pixar, которую предусмотрительный Стив Джобс в 1986 году выкупил у Джорджа Лукаса за 10 миллионов долларов, чтобы через тридцать лет продать ее Walt Disney Pictures почти за 7,5 миллиарда.
Мультфильмы Pixar – про игрушки, про крысу, мечтающую стать поваром и про антропоморфного робота – признаны лучшими в жанре компьютерной анимации. Впрочем, и по части драматизма анимационные ленты не уступают фильмам с живыми актерами. Неудивительно, что пиксаровские монстры, храбрые сердцем принцессы и тачки собирают в среднем по 750 миллионов долларов за сказочную историю. А их «История игрушек: Большой побег» вообще – первый и единственный мультфильм, преодолевший планку кассовых сборов в 1 миллиард долларов. До этой суммы немного не дотянул диснеевский «Король-лев», зато он стал анимационным фильмом, который кинотеатры повторно запустили в прокат спустя 17 лет после премьеры.
Полиция нравов
Российская анимация, отметившая в этом году столетний юбилей, пока не может похвастаться ни впечатляющими сборами, ни количеством качественных полнометражных мультфильмов. В российском кинопрокате на несколько десятков зарубежных мультов приходится только один российский. И трудно винить в этом только лишь аниматоров, которым просто негде найти денег на производство. Почему? Да потому что ориентированный на российскую аудиторию полнометражный мультфильм тут же попадает в зону коммерческого риска.
Если голливудские студии, кроме кинотеатрального «чеса», рассчитывают на доходы от продаж DVD, прогонов по платным телеканалам и выпуска сопутствующих товаров, то в условиях пиратского российского видеорынка и специфического законодательства это невозможно. Телеканалы прямо говорят, что не станут закупать «метры» детских мультиков, потому что по закону их нельзя прерывать рекламой. Вот и выкручиваются мультипликаторы, как могут, придумывая повороты сюжета и диалоги персонажей, которые позволят идентифицировать их продукт как фильм для всей семьи.
Впрочем, эта стратегия характерна не только для российской мультипликации.
Ни DreamWorks, ни Pixar, ни даже Disney не упускают возможности ввести в мультфильм второй, а то третий смыслы, позволяющие привлечь взрослую аудиторию. По мнению некоторых, такие приемы алчных аниматоров ведут к подрыву устоев.
Недавно украинская Национальная комиссия по защите общественной морали всерьез инициировала вопрос о вредности для детей некоторых популярных мультфильмов. В их число входят, например, мультсериалы «Губка Боб», «Лунтик», «Маша и Медведь», «Телепузики» и «Симпсоны».
По мнению членов комиссии, Губка Боб – гомосексуалист, телепузики формируют из детей неудачников, девочкой Машей из известного мультфильма должны заняться органы опеки, «Шрек» создает уродливое представление о женщине, Лунтик лишен пола и семьи, что несет угрозу важным общественным установкам. Пока экспертная комиссия анализирует мультфильмы, чтобы решить, не пора ли запретить их показ, создатели «Лунтика» оправдываются, психологи изучают параноидально-депрессивную цветовую гамму персонажей, а зрители смотрят – а что нам еще остается делать.
