Читаешь или слушаешь разговоры о кризисе, и кажется, что экономические неприятности вроде дождливого лета не зависят от воли и деятельности людей. На самом деле все не так фатально. Свет в конце кризисного туннеля, как ему и положено, мерцает у обоих выходов. С одной стороны виден вариант свертывания социальных программ; с другой — ограничения на безмерное обогащение за счет финансово-банковских спекуляций.
В 2010 году 350 экономистов обратились к правительствам, входящим в круг G20, с предложением ввести срочно налог на т. н. «транзакции банков». Тогда идея не прошла. Через год во время встречи министров финансов той же двадцатки самые известные экономисты из 53 стран повторили предложение. Всего под письмом было около тысячи подписей.
Они требовали ввести «налог Тобина» (по имени американского экономиста Джеймса Тобина, нобелевского лауреата, еще в 70-х годах прошлого века предложившего специальное налогообложение для некоторых видов финансовых операций, в частности, купли-продажи акций и многих других финансовых инструментов спекулятивного характера).
На этот раз восемь министров финансов поддержали идею и сочли необходимым ввести такое налогообложение уже с 2012 года.
По мнению аналитиков, нововведение поможет резко снизить спекуляции на финансовых рынках,
ударит по оффшорам, а если принять предлагаемую систему налогов в полном объеме, то виртуальная экономика — где деньги делают деньги, позволяя концентрировать огромные средства и диктовать миру правила игры со стороны сверхбогатого меньшинства — может вообще сойти на нет.
Казалось, идея становилась материальной силой. С некоторыми компромиссами в конце прошлого года Еврокомиссия сформулировала предложения для стран еврозоны о деталях нового налогового блока. Налог должен был работать, если хотя бы одна из сторон финансовой сделки находится в Евросоюзе. Установили процентные ставки (0,1% по акциям и облигациям для обоих участников операции, 0,01 % для сделок с дериватами и т.д.).
Еврокомиссары предлагали ввести эти налоги с 1 января 2014 года, и даже в таком усеченном виде они давали ежегодно по всем странам Евросоюза вместе около 57 млрд евро поступлений в бюджеты. Известный европейский аналитик Потавин в одном из интервью сказал: «Будет невыгодно утром покупать, а вечером продавать ценные бумаги, так как весь доход уйдет в налог. Прибыльными останутся лишь длительные финансовые вложения». В банковских кругах новацию назвали «налогом Робин Гуда».
Кто во что горазд?
Когда-нибудь наверняка появятся детективные романы о полной драматизма борьбе банковско-финансового лобби со сторонниками сохранения социальной экономики. Даже видимая часть этой схватки впечатляет.
Премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон уже заявил, что его страна не будет вводить новые налоги и блокирует принятие законов об этом в ЕС. А во Франции президент-социалист вводит «налог Тобина», не ожидая решения других стран Евросоюза. Правда, в усеченном виде, только со сделок с акциями по ставке 0,1%.
Многие страны не обсуждают проблему вообще, как, например, Эстония.
Крупные международные аудиторские фирмы (все они лоббисты финансовых капиталов) пугают политиков гибелью финансового мира, разрушительные последствия чего будут равны большевистской революции. Они предсказывают, что умные финансисты (читай, они сами) найдут способы ухода от обсуждаемого налога. Что правда – противниками налога будут миллионы мелких финансовых спекулянтов. Правда также, что при мобильности спекулятивного капитала он ринется в те европейские или мировые центры, где налогов на него по-прежнему не будет.
И кто б сомневался в правоте английского публициста XIX века Даннинга, заметившего, что капитал при 50% прибыли готов сломать себе голову, при 100% — попрать все человеческие законы, а при 300% нет такого преступления, на которое он бы не рискнул. Его точно не остановит необходимость уничтожить социальные государства, а уж по части того, что «быдло затянет пояса», сожаления от капитала можно не ждать.
Пойдут ли деньги «на работу»?
Но не все сегодня просто для капитала стало в этом мире. Посмотрите, как правый политик, возглавивший Грецию, сражается со всем Евросоюзом за сохранение социальных программ. Кстати, «налог Тобина» поддерживают вполне либеральные политики, такие как Марио Монти в Италии и Вольфганг Шойбле в Германии.
Но большие деньги тоже не спят. Они финансируют резкий подъем самых черных (точнее, коричневых) сил национализма или средневекового фундаментализма. И все же есть надежда, что верх возьмет здравый смысл. Хотя здравомыслие тоже зависит от толщины кошелька. Те, кто живет от зарплаты до зарплаты, считают абсолютно разумным сохранение социальных государств. А те, кто владеет огромными денежными активами, полагают вполне нормальным политику затягивания поясов. Они вообще не считают малоимущих людьми, с чьими интересами надо считаться.
Но кроме бедняков от кризиса страдает также тот слой, который принято называть средним классом и чьи голоса важны политикам.
Политики понимают, что только прекращение «производства денег из воздуха» способно остановить волну кризиса, поскольку при отсутствии быстрых и легких доходов владельцы капиталов вынуждены будут пойти на инвестирование в реальный сектор экономики, а это — рабочие места, рост внутреннего потребления и т.п.
Любопытная деталь: капитал пустил в оборот название «налог Робин Гуда», а в то же время президент Обама в одной из предвыборных речей назвал своего архиправого противника «Робин Гудом наоборот», поскольку тот хочет отнять остатки денег у бедных и отдать богатым. И можно надеяться, что если вслед за Францией в Америке, а затем в Германии на выборах победят социально-ориентированные политики, то выход из кризиса оплатят финансовые тузы. О другом развитии событий думать не хочется.
