На эту тему есть анекдот: «Мужчина спрашивает у священника: «Батюшка, а можно во время поста любить женщину?», тот отвечает: «Можно, сын мой, только не жирную». Но «МК» решил все-таки уточнить у батюшек, насколько страшно мы согрешим, если будем исполнять супружеские обязанности в Великий пост.
Один из священников Саввино-Сторожевского монастыря, что в Звенигороде, держал ответ так:
— Супружеские обязанности в дни Великого поста исполнять нельзя.
«Постящеся, братие, телесне, постимся и духовне, разрешим всяк союз неправды», — заповедует Святая Церковь. Подвиг есть подвиг, а пост — это в первую очередь подвиг.
Тем более легкомысленно и вредно упорствовать в грехе, когда Бог через Церковь Свою призывает в эти спасительные дни к особому борению со своими страстями и немощами. Но любую страсть, живущую в нас можно исторгнуть. Пост посвящается ограничению своих «вредных привычек», греховных поступков, помыслов. Четыредесятница, кроме того, сугубо посвящена покаянию. Если тяжко, надо прийти на исповедь и перед Лицом Господним в присутствии священника покаяться. Во время исповеди Господь дает силу на борьбу с грехом. Человек, уходя с исповеди, чувствует внутри себя преграду и отвращение от этого греха. Надо только не расслабляться, а постоянно себя поддерживать молитвой, постом, ибо «сей род изгоняется только молитвою и постом» (Мф.17,21) — так сказал Господь.
По версии православной церкви, чем больше мы пренебрегаем духовной жизнью, тем более непокорна наша плоть, которая может действительно превратить человека в животное, и тогда в пакибытии, в духовном мире, в жизни вечной для такого животного наступает ад. Ибо животное — существо бездушное, хотя и бессмертное, а бездушное жить в духовном мире не может.
Любопытно, что у мусульман, как рассказал нам имам одной из московских мечетей, в рамазан соитие не возбраняется (как и прочие вольности, вроде нехаляльной еды) — но только тем, кто болен, кочует или временно осел на чужбине.
