Самолет приземлился в Астане в час ночи по нашему времени. В столице Казахстана это было пять утра. «Температура воздуха на улице минус 20 градусов», — сказал по громкой связи пилот. «Ско-о-олько?» — недоверчиво переспросили с десяток пассажиров. В сознании многих обывателей из наших краев Казахстан – это юг. Но зимой Астана считается одной из самых холодных столиц мира. Именно здесь, среди степей, в 90-е годы было решено построить новую столицу, которая стала бы символом обновленного Казахстана. Она и стала. С успехом. И именно здесь прошли главные мероприятия главного государственного праздника.
Первое, что бросается в глаза, — строгий контроль в аэропорту. И позже эта строгость преследовала везде. На входе на официальные мероприятия заставляли проходить через металлоискатель, вынимать из сумки компьютер и фотоаппарат, показывая, как они работают, и так далее. Типичные меры безопасности, разве что нетипично выглядящие в Казахстане, ведь мне эта страна всегда казалась островком безопасности в не самом стабильном регионе мира. И хотя у казахов в сравнении с соседями (узбеками и киргизами) все действительно очень спокойно, отдельные радикальные элементы дают о себе знать и в этих краях. Не в столице, правда, но все же – были даже теракты.
Давайте жить дружно
Провожая в поездку, консул Казахстана в Эстонии на вопрос о наличии там беспроводного интернета, как бы извиняясь, сетовал, что все не так хорошо, как в Эстонии. По-моему, перестраховывался. Заветный «вай-фай» без труда находился везде, где было нужно. Я уже не говорю о том, что пресс-центры в Избиркоме или во Дворце Независимости оборудованы так, что нам и не снилось – куча свободных персональных компьютеров, телевизоров и мониторов.
Русскому человеку почувствовать в Казахстане дискомфорт почти нереально.
В первую очередь из-за повсеместного присутствия русского языка – и в быту, и на официальном уровне. Такое я видел, пожалуй, только в Украине. Скажем, смотришь футбольный матч, трансляцию ведут два комментатора, на двух языках. Причем не переводят друг друга, а дополняют. Подразумевается, что все понимают и по-русски, и по-казахски.
И так везде. На официальных мероприятиях или праздничных концертах все говорили на двух языках. И это не было какой-то фальшивой политкорректностью: мол, первым языком обязательно должен быть казахский или хотя бы пару слов надо сказать по-русски. Все было очень органично. Тщетно я допытывался у своих новых казахстанских
приятелей о наличии межэтнических проблем. Ответом было лишь упоминание, что в стране живут представители 120 национальностей, и все меж собой если не дружат, то не воюют точно. Хотя отдельные проблемы, по всей видимости, есть. До нас доходят лишь отголоски ужесточения языковой политики. Но, как ни парадоксально, основная сложность заключается в засилии русского. Сегодня отдельные этнические казахи свой родной язык знают хуже русского, по-русски думают и говорят дома.
Но заподозрить казахов во враждебности трудно. «Мы вообще со всеми дружим», — говорят они. И если посмотреть на то, как себя ведет Казахстан на мировой арене, то убеждаешься в справедливости этих слов. И с Россией теплые отношения, и с американцами делить нечего, и с европейскими лидерами если не на короткой ноге, то приятельствуют.
Демократия по-казахски
Страна хоть и мусульманская, но светская. На наивный вопрос, не было ли в Астане проблем со строительством небоскребов, ведь вроде как у мусульман не принято ставить здания выше мечети, руководитель Генплана Аманжон Чиканаев рассмеялся. «Мы светское государство, — говорит он. – Здесь религия не играет такой роли, как у мусульман других стран».
Хотя восточное своеобразие, безусловно, есть. Прежде всего в отношении к президенту Нурсултану Назарбаеву, первому и пока что единственному главе независимого казахского государства.
«Лидер нации» — это словосочетание применительно к нему можно услышать даже чаще, чем «президент».
На праздничном концерте в его честь и о нем поют песни, местные звезды исполняют произведения на его слова (представьте – он действительно пишет стихи, и на русском, и на казахском!). При жизни его именем назван университет. Туда, увы, доехать не довелось, но, говорят, Назарбаев Университет, открытый по инициативе президента, — это что-то, суперсовременное учебное заведение, где и «оксфорды» с «кембриджами» будут с открытыми ртами ходить.
Все это отчего-то напоминает зарождающийся культ личности, ибо западному человеку видеть такое несколько диковато. Однако местные, даже скептически относящиеся к любой власти в целом, говорят, что это нормально. Другой мир, другой менталитет.
Демократия по-казахски – это, к примеру, досрочные парламентские выборы, которые пройдут там в январе. Вы можете представить, что наш Рийгикогу вдруг решит самораспуститься, потому что в парламенте, видите ли,
недостаточно представлена оппозиция? А у них так и было. В Мажилисе (нижней палате парламента) была лишь одна партия – президентская «Нур-Отан». Вот депутаты и решили сложить свои полномочия, чтобы «войти в третье десятилетие независимости минимум с двухпартийным парламентом».
Белая зависть
Освещать события, посвященные 20-летию независимости Казахстана, приехали десятки журналистов из многих стран мира. И им явно было, о чем рассказать своей аудитории на родине. Разве что одного гостя из солнечной Индии было немного жаль – он, бедняга, наверное, самым ярким впечатлением вынес ужасы местной холодной погоды. Хотя из-за низкой влажности воздуха тамошний мороз переносится куда легче. Если у нас в минус 25 жизнь останавливается, то там, конечно, тоже ощущаешь все прелести мороза, но жить можно, как у нас при минус 10-15.
В «правильный» день, 16 декабря, термометр с утра показывал минус 35.
Но и это не помешало 20 тысячам человек собраться на торжественное открытие Триумфальной арки и сопутствующий событию парад. Такие арки есть во многих странах, теперь и здесь. «Венчает триумфальные 20 лет независимости», — сказал Назарбаев в своей речи на открытии.
Почувствовать размах в полной мере довелось вечером, когда 30-тысячная «Астана Арена» заполнилась зрителями, которым показали музыкальную поэму о независимости Казахстана.
На каждом сиденье пришедших ждал рюкзак. В нем был набор, необходимый для просмотра шоу: 3D-очки, потому что видеоинсталляции были трехмерными; белая флисовая накидка, потому что лучи прожекторов скользили по публике, и когда все были одеты в белое, то это создавало дополнительный эффект; пластмассовая трещетка в виде руки, с
помощью которой можно было аплодировать; бумага, из которой в условленное время нужно было сделать голубя и запустить его в воздух; фонарик, причем фонарики с желтым и синим светом были разложены так, что, когда они одновременно загорались, на трибунах угадывался узор национального флага – желтое солнце и парящий под ним орел на голубом фоне. В общем, режиссеры шоу сработали на славу.
Когда я поднимался на трибуну, милая девушка с местного телеканала «Хабар» попросила сказать несколько слов в камеру. Узнав, что гость приехал аж из Эстонии, она обрадовалась и позволила сказать даже чуть больше. Говорят, в
вечерних новостях был сюжет. Квинтэссенцией всей поездки можно считать те же слова, что были сказаны телевизионщикам: «Как человек, приехавший из маленькой страны, я по-хорошему завидую масштабу и размаху, с которым празднуется День независимости Казахстана».
Глядя на все это великолепие, подумалось, что в Астане точно надо провести Олимпийские игры. Только желательно летние…
