Министерство иностранных дел категорически не согласно с опубликованным на портале Delfi мнением уполномоченного по гендерному равноправию и равному обращению Мари-Лийс Сеппер, которая обнаружила, что при найме на работу МИД дискриминировало заявителя по национальному признаку.
”Это ложь и крайне субъективное мнение, — сказал министр Урмас Паэт. — В упомянутом вами конкурсе был 201 кандидат. Для 11 человек эстонский не являлся родным языком, однако, 6 из них прошли первый тур. Таким образом совершенно неправильно утверждать, что для МИД была важна национальность человека, а также условие того, чтобы эстонский был родным языком».
Паэт уверяет, что ведомство не выясняет у кандидата его национальность, и на место дипломата могут претендовать все граждане Эстонии.
Министерство обращает внимание, что этот человек уже выставлял свю кандидатуру на работу в МИД в рамках открытого конкурса. В 2010 году был конкурс на должность пресс-секретаря. Упомянутый человек по документам прошел первый тур, но во втором туре не набрал нужное количество баллов.
Сообщается, что в том конкурсе участвовало 45 человек, из этого числа 36 кандидатов показали результат лучше, чем человек, дело которого рассматривалось Мари-Лийс Сеппер.
Напомним, что эта история началась 12 июля 2011 года, когда МИД Эстонии объявил конкурс на должность дипломата. Один из непрошедших кандидатов получил 10 августа письмо по электронной почте. Там сообщалось, что ”его кандидатура отвергнута из-за категории С1 по эстонскому языку”. Заявителю написали также, что, ”в соответствии с условиями и требованиями конкурса, предполагается владение эстонским языком на С2”.
Расстроенный заявитель, конечно, ответил, что по эстонским же законам работодатель не вправе требовать знания госязыка на С2, тем более, когда высшее образование получено на эстонском,
а экзаменационный центр нашей страны экзамены на такую категорию вообще не принимает.
Но МИД был непреклонен.
Из заключения уполномоченной по равному обращению: ”Переписка между заявителем и министерством показывает, что министерство сомневалось, достаточно ли хорошо заявитель владеет эстонским языком, чтобы выполнять желаемую работу. Сомнение было, по моей оценке, обусловлено тем, что речь шла о неэстонце, на что указывало имя заявителя и обозначенный в качестве родного русский язык”.
Мари-Лийс Сеппер отметила также, что в условиях конкурса МИД не уточнял, какая категория госязыка требуется, говорилось только об очень хорошем владении им. ”Постановление правительства республики, устанавливающее языковые требования для публичных служащих, считает для высших и старших чиновников достаточной категорию С1. Следовательно, отстранение заявителя, владеющего языком в предусмотренном законом объеме, от конкурса необоснованно.
