Для нашей страны будет сделано приятное исключение, потому что Борис Эйфман принял такое решение, ссылаясь на блестящую работу Эстонского балетного агентства. Местный зритель увидит спектакль «По ту сторону греха» — переработанную версию балета «Карамазовы», 18 лет назад собиравшего полные залы, восторженные рецензии и всевозможные театральные премии.
Что делает этот балет особенным? В нем Эйфману удалось показать в танце глубину и трагедию книги Достоевского. Это непросто. Достоевский неподъемен, у него много подтекстов, а балет – это вообще один большой визуальный подтекст, который должен потрясать зрителя красотой движения, динамики, звука и игры света, пластикой и гармонией движений, красотой и грацией.
Изысканный по форме и глубокий по содержанию балет. К произведению Достоевского великий хореограф уже обращался в 1995 году, но спустя почти 20 лет что-то все же заставило его кардинально переосмыслить свое же творение.
«Главное, изменился я сам, но, конечно, изменилась и страна. И поэтому те проблемы Достоевского, которые волновали нас в 1995 году, сегодня нас не просто волнуют, они стали вопиюще актуальны. Это совершенно новый спектакль, который соответствует духу времени», — говорит хореограф, народный артист России Борис Эйфман.
Балет на музыку Вагнера, Мусоргского, Рахманинова продолжительностью около двух часов разделен на два акта. Первый акт более легкий и мягкий.
Женский танец под гитару и цыганскую песню – вот уж чего точно не ожидаешь увидеть на балете.
Второй уже сложнее, усиливается игра света, движение, порой голова идет кругом от динамики сцен. Присутствуют новаторские решения, о которых до спектакля говорить не будем.
Даже на репетициях артисты Эйфмана работают на грани физических возможностей. Кажется, этой труппе подвластно все: сложная неповторимая пластика и эмоции, точно у драматических актеров.
«Акцент у нас сделан именно на генетику, поскольку, по Достоевскому, сыновья не видели отца, они встретились с ним после 18 лет и вот насколько Карамазовщина вылезает в каждом сыне», — говорит исполнительница роли Грушеньки, балерина Мария Абашова.
Такое редко бывает в балете: на первом плане в этой постановке мужчины, их отношения с богом, друг с другом и с собой.
«Вопрос о вседозволенности очень четко показан. Дозволено ли человеку перейти эту моральную грань или нет», — отмечает танцовщик, исполнитель роли Дмитрия Карамазова Олег Габышев.
Все действие разворачивается на фоне трехэтажной металлической конструкции. Время от времени она становится то тюрьмой, то храмом. А в центре — винтовая лестница. По задумке режиссера, она связывает небо землю и преисподнюю. И как говорят сами танцовщики подняться вверх, гораздо тяжелее, чем спуститься вниз.
Эйфман никогда не боялся говорить со зрителем метафорами. Наверно поэтому такой синтез драмы и хореографии никого не оставляет равнодушным.
«Это мастер удивительного пластического богатства, он буквально все человеческие эмоции и чувства может выразить через движения», — говорит президент Государственного музея изобразительных искусств им. А.С.Пушкина Ирина Антонова.
«Я балет не люблю, прости господи, но я смотрел это и мне захотелось это ставить. Я там увидел ту пластику, мощь, широту и гениальное соединение великих композиторов Рахманинова с Вагнером», — признается кинорежиссер, народный артист России Никита Михалков.
Тема Бога и человека, тема сложных решений актуальна во все времена. Этот спектакль будет современным и через сто лет. Удивительный спектакль, завораживающий танец, потрясающий свет… Стоит увидеть.
Сандер Селлин, руководитель Эстонского балетного агентства
