Внешнюю политику Эстонии многие представляют так: лицом Эстония развернута к США, спиной – к России, а руки ее лежат на братских плечах стран-членов ЕС. Нижний ряд на фотографии образуют страны ГУАМ и Афганистан с Ираком, пишет русский омбудсмен Сергей Середенко в журнале «Балтийский мир».
Правы также будут те, кто считают, что внешняя политика Эстонии не отличается самостоятельностью, что она полностью зависима от США в первую очередь, и во вторую – от ЕС. Тем более интересно, а какие же решения эстонцы все-таки принимают сами. И какие вокруг этого ведутся дискуссии, если ведутся.
Эстония в ЕС и НАТО: что дальше?
Бывший канцлер МИД Прийт Кольбре (умер в 2006 году) довольно честно очертил диапазон поисков новой внешней политики Эстонии и указал, что «самые кардинальные взгляды извне министерства дошли до того, что присоединение к ЕС и НАТО вообще снимает потребность в самостоятельной внешней политике и, соответственно, во внешнеполитической службе».
Однако же по поводу того, чем Эстония собирается реально заниматься дальше в своей внешней политике, он высказался по-эстонски поэтично: «Могут спросить, где же эта стратегия и что она в себя включает. Во-первых, эта стратегия еще не готова, и, во-вторых, никогда окончательно готова не будет, покуда будет вечно изменяющаяся и развивающаяся модель управления. (…) Наша цель – самим четко понять, что мы делаем, и делать то, что полезно для Эстонии, и делать это так, чтобы эта польза была и другим понятна».
{jb_quote}
Еще одно очевидное наблюдение: чем шире раздвигается ЕС, тем больше в Европе США. Потому что расширение ЕС идет параллельно с расширением НАТО.
{/jb_quote}
И взаимодействие ЕС и НАТО, вялое по совершенно понятным причинам – тема особой заботы эстонцев.
Гендиректор отдела политического планирования и вице-канцлер МИД по делам ЕС Рауль Мялк подметил еще одно последствие присоединения к ЕС и НАТО, не столь очевидное: мир для Эстонии расширился гораздо больше, чем в рамках границ ЕС. Говоря о дальнейшей роли МИД, он сказал: «Действительно, некоторые проблемы, которыми мы занимались ранее, мы теперь передали институтам ЕС, но в то же время есть задачи, которые остались и значение которых даже возросло. Поддержка эстонских предприятий в мире – это все-таки работа МИД».
Как показали последние годы, избавиться от «проектной дипломатии» Эстонии так и не удалось. Проект присоединения к ЕС и НАТО сменился проектом присоединения к Шенгенской зоне, затем – к зоне евро. Не знаю, поэтому ли, или по какой другой причине, но 5 целей внешней политики Эстонии, заявленные сейчас на официальном сайте МИД, выглядят довольно вяло.
1. Обеспеченность и неделимость безопасности, стабильность и предсказуемость международных отношений.
2. Обеспечение предпосылок для развития экономики Эстонии,либеральные экономические отношения и пространство.
3. Защита лиц (почему «лиц», а не «граждан» — вопрос отдельный – С.С.) Эстонии за рубежом и во внешних отношениях.
4. Влиятельность и хорошая репутация Эстонии.
5. Ценностное пространство, развивающее демократию, права человека, принципы правового государства и экономические свободы.
Публикуется с сокращениями. Полный текст – на портале Slavia.ee.
