Я убежден, что все, кто не платит налоги, — так или иначе воры, пишет экономист и член совета Союза налогоплательщиков Владимир Вайнгорт. Но для начала рассмотрим три основных типа налоговых нарушений.
Нарушения, связанные с акцизами и НСО
Налог с оборота и акцизы дают в бюджет почти 80% всех налоговых поступлений, и нарушения в этой сфере также самые крупные. А механизм их основан на специфике этих налогов, из-за чего они называются косвенными. Платим эти налоги мы с вами, то есть конечные потребители. Платим продавцам. А уже они перечисляют налоги в бюджет.
Размер налогов огромный: НСО — 20% от цены товара, а размеры акцизов еще больше. Поэтому если продавцу удается налоги от покупателей получить, а государству не отдать — прибыль колоссальная. Чтобы зажать суммы акцизов — надо иметь контрабандный товар (сигареты, спиртное, топливо). А чтобы умыкнуть налог с оборота — надо создать фиктивную фирму или фирму по «отмывке НСО».
В результате обворованным оказывается не только государство, но и продавцы, честно уплачивающие налоги, потому что они проигрывают ворью в ценовой конкуренции. Ясное дело, что если из ничего можно добавить к реализации украденный у государства налог, то цену товара можно увеличивать не на все 20 % НСО, например, а всего на 15% или даже на 12%.
Налоговые «зайцы»
Так называют в налоговой теории предпринимателей, совмещающих декларацию и латентную плату за труд. Размеры налоговых недоплат по «серым» схемам у нас достигают 20-35% от подоходного налога с зарплат, но в абсолютных цифрах это несопоставимо с украденными НСО и акцизами, поскольку в общих налоговых поступлениях в бюджет налог с физических лиц составляет менее 10%.
Потому отношение к недекларируемым выплатам, как и к транспортным «зайцам», — снисходительное. Государство страдает от них не очень. Страдающая сторона — получатели денег «в конвертах», потому что их лишают пенсионного страхования. Если официальная месячная зарплата менее 400 евро, то работник для расчета пенсии не заработает годового стажа, и с этой точки зрения плательщики неучтенки — обыкновенные воры, вытаскивающие деньги из карманов будущих пенсионеров. То есть в наших условиях они не «зайцы», а «карманники».
Уход от социального страхования
Самая крупная налоговая нагрузка, возникающая у предприятий, — выплаты социального страхования в Больничную кассу и Пенсионный фонд или т. н. социальный налог размером в 33% от фонда оплаты труда.
Снижение этого налогового бремени достигается двумя способами: воровским (через «серые» выплаты работникам) и, как ни странно, легальным (за счет использования законных или псевдодозволенных организационно-экономических решений). О первом мы говорили. А второй имеет два варианта, и оба применимы только для собственников бизнеса или его высшего управленческого звена.
Самый эффективный – получение работающими собственниками вместо зарплаты дивидендов, с которых социальный налог у нас не платится, а увеличение размера подоходного налога на 6% — замена явно выгодная. Смешно и грустно видеть, как у получателей дивидендов размеров в десятки тысяч евро (за год) декларируется месячная зарплата, близкая к минимальной. Но таков наш закон.
Второй вариант заключается в переносе личных расходов на фирму. К примеру, у руководителя есть машина, которую он, его жена, его друзья и подруги заправляют за счет фирмы. Или т. н. командировки за счет фирмы, когда оплачивается дорога, проживание, питание и много другое. Или, к примеру, когда за счет фирмы покупается что-то нужное не столько фирме, сколько ее руководителю. Примеров тут может быть масса.
Каким будет наше налоговое поле?
Наша сложившаяся к началу 2000-х годов налоговая система имела два крупных достоинства: она обеспечивала Эстонии инвестиционную привлекательность за счет полного освобождения от налога корпоративной прибыли и простоту налогового учета (налогов мало, и правила их применения универсальны). Но как только понадобилось увеличить налоговые поступления в связи с кризисом, с каждым годом все заметнее стали проявляться заложенные в систему недостатки.
У нас, в отличие от социально-ориентированных экономик стран старой Европы, главная налоговая нагрузка возложена на труд. Соответственно, донорами бюджета оказались люди, живущие от зарплаты до зарплаты. Потому затягивание налогового пояса немедленно обернулось падением внутреннего покупательного спроса.
Выход известен. Нам нужно снижать нагрузку на труд с одновременным введением целой серии хорошо работающих во многих странах, простых в администрировании и небольших по отдельности налогов на финансовые и рентные доходы, а также на богатство, расположенное в Эстонии.
К примеру, надо ставить под налог выплаты по банковским вкладам, вводить поддерживаемый всеми ведущими экономистами мира, названный именем нобелевского лауреата «налог Тобина» (обложение краткосрочных финансовых операций, чтобы стимулировать долговременные инвестиции), этот налог называют иногда «налогом Робин Гуда». Облагать прогрессивным налогом недвижимость, вводить разовый налог на приобретение недвижимости размером выше нормального «семейного потребления». Ставить под социальный налог дивиденды (хотя бы как в Швеции) и т.п. Например, в Германии есть даже «пивной налог».
Необходимо помочь в развитии профсоюзного движения, которое элементарно покончит с «черными зарплатами» и другими проявлениями «серой экономики». То есть Эстонии в налоговой сфере необходимо снова становиться в ряд, стран смело реформирующих экономику.
