Грубая экономическая выходка Enеfit Power с ударным повышением стоимости тепла в Нарве представила концерн Eesti Energia как непредсказуемого партнера с непрозрачным ценообразованием, от которого лучше держаться подальше. Может, именно этой непредсказуемостью и объясняются неудачи Eesti Energia в штате Юта, США? — пишет пенсионер из Нарвы Петр Поскин.
Все происходящее в энергетике, на мой взгляд, указывает на отсутствие надлежащего контроля за деятельностью концерна как со стороны общества, так и со стороны владельца – государства.
А у представителей государства есть надлежащая компетенция для эффективного контроля?
О чем говорят факты?
Удар по экономике
Например, инфляция в 2022 году в Эстонии достигла наивысшего по ЕС значения – 24,8%. При этом во Франции она составляла 6,1%, а в целевых странах нашего экспорта Финляндии и Швеции – 9,1% и 12,3% соответственно.
Экономика Эстонии до сих пор не оправилась от этого инфляционного удара – 55 000 безработных, обвальное падение экспорта, утеря достигнутых позиций в глобальной конкурентоспособности… И, наконец, необратимо испарилась часть накоплений из тощих стариковских кошельков, на которые и без того невозможно смотреть без стыда.
Конечно, пандемия и война как факторы играли свою роль, но почему-то ни общество, ни государство не обратили внимания на стремительный рост денежной массы М1 (наличные и вклады до востребования) с ноября 2020 года по ноябрь 2021 года.
Этот рост достиг в Эстонии – 27%, в то время как у Франции, Финляндии и Швеции не превышал 10–15%. Возможно, этот резкий впрыск экономического «топлива» и стал причиной галопирующей инфляции?
Похоже, чье-то экономическое легкомыслие обрушило на Эстонию и ее жителей целый поток неприятностей, и они сыплются на страну, словно осенний дождь.
Но если серьезно, кто-нибудь может внятно объяснить, почему до сих пор инфляция в Эстонии – одна из самых высоких в ЕС? Может, кому-то стоит присмотреться к главным факторам, влияющим на инфляцию? Повышение налогов – это разгон инфляционных ожиданий или наоборот – торможение?
О «справедливом переходе»
Поговорим и о предстоящих экономических потерях в связи со «справедливым переходом» в Ида-Вирумаа.
Многолетние разговоры о «туризме и транзите», «малом и среднем бизнесе» как несущих конструкциях эстонской экономики не позволили обществу обратить должное внимание на предупреждения международных экспертов о ее главных слабостях.
Например, эксперты МВФ в своих ежегодных отчетах Global Competitiveness Report постоянно указывали, что ограниченность и узость рынков сбыта, а также недостаточная сложность бизнесов являются слабостями, которые очевидным образом и проявились в последние кризисные годы.
«Справедливый переход», который, теоретически, предполагался как инструмент замещения сланцевой энергетики, мог бы эти слабости устранить.
В самом деле, на предприятиях сланцевой энергетики создается очень высокая добавленная стоимость (свыше 100 000 евро на человека в год), а высокая средняя зарплата (около 2000 евро) нескольких тысяч работников обеспечивает соответствующий уровень налоговых поступлений.
Эффективное замещение тысяч высокооплачиваемых рабочих мест на долгосрочной основе объективно требовало привлечения сложного, высокотехнологичного бизнеса, вовлеченного в обеспечение долговременных мировых потребностей. Например, в области производства оборудования для «зеленой» энергетики, автомобилестроения, транспорта и т. д.
Одна беда – привлечение крупномасштабных инвестиций, без которых высокооплачиваемые рабочие места не создаются, невозможно без участия государства, которое заинтересовано в сохранении своих доходов и развитии своих территорий.
Средства «справедливого перехода» или их части, по сути, представляли стартовый капитал или премию за инвестиционный риск в довольно специфическом регионе, которыми государство могло стимулировать потенциальных инвесторов.
Однако государство самоустранилось от этой сложной работы и назначило своего регионального представителя, который делает что может – просто наблюдает за тем, как выделенные средства растекаются по проектам микро- и мини-бизнеса.
Надо только ясно понимать: этот бизнес, как правило, – зона минимальной зарплаты, небольшой добавленной стоимости и простых технологий для ограниченных рынков, с коротким жизненным циклом.
… Кажется, недавно на средства справедливого перехода открыли сауну в одной из гостиниц Нарвы. Это замечательно, господа! Очень красивая сауна… Но сауной сыт не будешь, и после окончательной остановки сланцевой энергетики государство недосчитается нескольких десятков миллионов евро, а очередные сотни молодых жителей Ида-Вирумаа покинут родные края, унося человеческий капитал.
Макияж для некомпетентности
За каждым из фактов, приведенных в этой заметке, стоит чья-то неудовлетворительная профессиональная и управленческая компетентность. И в последние кризисные годы это проявляется особенно наглядно.
Как известно, не ошибается тот, кто ничего не делает. Это правда. Однако неприятная особенность цифровой эпохи – некомпетентность и нежелание заниматься исполнением прямых обязанностей часто маскируют с помощью сферы ИТ, которая, словно макияж, покрывает неприятные морщины.
У нас, в реальном государстве, треть жителей, а, может, и половина, не в состоянии справиться с непредвиденными расходами, у нас медианные доходы стариков – наименьшие в ЕС, а кое-кто как ни в чем не бывало рассуждает о перспективах строительства «персонального государства», где в «одном окошке» можно жениться и разводиться.
У нас реально тысячи километров воздушных ЛЭП напряжением 6–10 КВ проходят по узким лесным просекам, ширина которых много меньше высоты выросших по краям деревьев. Вырубая тысячи гектаров леса, ответственные лица уже много лет не могут расширить эти важные просеки, несмотря на ежегодные предупреждения межправительственной экспертной группы по изменению климата об увеличении частоты и силы ураганных ветров и других экстремальных явлений погоды.
Зато у нас есть информационная система, информирующая об аварийных отключениях, и активность в распространении интернета.
А знаете – отключения ощутимы и без инфотехнологий.
В общем, уважаемые господа, Эстония движется навстречу суровым временам и штормовым ветрам.
Так двигался и одноименный паром сентябрьской ночью 1994 года, когда квалификации судоводителей не хватило для правильного решения возникших проблем.
Не будем же забывать, чем тогда все закончилось.
