Экология – это про будущее. Но у политика на горизонте всегда одно: следующие выборы. И если «зеленый переход» продолжит бить не столько по выбросам, сколько по кошельку рядового избирателя, то популисты скажут спасибо – и возьмут свое, пишет Андрей Деменков, журналист и автор медиапроекта «Реальная Балтия».
Нам с трибун говорят: климат важен, экологическая устойчивость – вопрос выживания. Европа ждет от нас решительных шагов – и Эстония послушно кивает. Наша политическая элита слишком привыкла безоглядно принимать все евросоюзные правила, которые еще недавно несли нам сплошные выгоды.
Выбившись в крепкие европейские экономические середнячки, теперь мы закладываем амбициозные цели: сокращаем углеродный след, сворачиваем сланцевую энергетику, вводим жесткие стандарты для транспорта и строительства, инвестируем в ВИЭ. Мы должны быть лучшими. Ведь все это звучит прогрессивно… пока не приходит счет за отопление. Или уведомление о сокращении в Ида-Вирумаа.
В этот момент разговор о «глобальной ответственности» превращается в очень локальный протест. И он уже – не о климате, а о чувстве несправедливости. Потому что если ты теряешь работу, а взамен получаешь только ссылку на европейский регламент, ощущение предательства возникает довольно быстро.
Если справедливость исчезает из перехода
Проблема – не в целях, а в их цене. Точнее, в том, кто ее платит. Программы по утеплению домов, переходу на тепловые насосы и установке солнечных панелей отлично работают… но только для тех, у кого есть свободные 15–20 тысяч евро, чтобы вложиться на старте.
Для остальных это значит рост цен, налогов, тарифов, а в перспективе еще и новые ограничения: экологически вредные котлы, автомобили, строительные материалы будут постепенно вытеснены с рынка.
Для жителя Ида-Вирумаа «зеленый курс» давно стал синонимом закрытых шахт и отсутствия альтернатив. Новые рабочие места обещаны, но пока – больше на бумаге, чем в реальности. В регионе, из которого и так многие уехали, традиционно один из наиболее высоких уровней безработицы в стране. А сланец прямо-таки предали анафеме: даже производство из него масла, которое хорошо идет на экспорт, из-за жестких экологических ограничений стоит под вопросом.
Уход от сланцевой энергетики – это не только экономическая потеря, но и культурная: целые поколения жили этой отраслью. Когда прежняя идентичность исчезает, а новая не предложена – остается пустота. А в политике она не бывает безмолвной.
В этом вакууме легко звучат простые лозунги. В EKRE не предлагают ни климатических решений, ни сложных моделей трансформации. Они давят на эмоции: вернуть, отменить, наказать…
Это понятно. Это работает. И это уже дает им ощутимую поддержку на востоке Эстонии. На пике цен на энергию рейтинг EKRE в преимущественно русскоязычном Ида-Вирумаа доходит до доброй трети! Но и минимальный уровень не опускается ниже 10%.
Новый европейский тренд
То, что происходит в Ида-Вирумаа, – не исключение. Это часть общеевропейского тренда.
В Германии правые популисты из AfD укрепляют свои позиции именно в тех регионах, где реформа энергетики воспринимается как потеря, а не шанс.
В Нидерландах фермерская партия BBВ выходит в лидеры после протестов против душащих экологических норм. Во Франции «желтые жилеты» начинали с бунта против «зеленого» налога на топливо – и едва не парализовали страну.
Во всех этих случаях речь идет не столько о недовольстве экологией, сколько о реакции на неравномерность распределения последствий. Зеленая политика подается как моральная обязанность, однако в реальности ее издержки ложатся на уязвимых. А бенефициары перехода – это те, у кого и без того все в порядке: жители Таллинна, Стокгольма, Берлина, с солнечными панелями на крыше и электромобилем на парковке.
В этом контексте лозунг «против системы» получает новую актуальность. Уже не важно, за что ты: важно – против кого. И если «зеленая» повестка воспринимается как проект тех, кто живет в центре и не видит окраин, – то политический отклик будет соответствующим.
Риски не климатические, а политические
Если зеленая трансформация будет продолжать идти сверху вниз, если ее издержки не будут честно проговорены и адресно компенсированы, то электоральный счет за нее получит вовсе не тот, кто эти реформы проектировал. В лучшем случае – на выборах. В худшем – на улицах.
Нужно меньше говорить о темпах и больше – о справедливости.
Кто выигрывает? Кто проигрывает? Каковы реальные альтернативы для регионов, где старые отрасли ликвидируют, а новые – пока преимущественно в презентациях?
Эти вопросы не риторические. Они определяют, устоит ли «зеленый переход» как политический проект – или превратится в топливо для протестной волны с риском получить многолетний откат вместо прорыва.
Ведь если климатическая повестка становится фактором раскола, значит, ее реализуют неправильно. И тогда вопрос – уже не в том, сколько выбросов CO₂ удалось сократить, а в том, сколько поддержки государство потеряло по дороге.
И насколько в итоге мы откатимся назад в борьбе за спасение окружающей среды.
