Основной коллекции в Кадриоргском художественном музее этой осенью пришлось немного потесниться, уступив место выставке «Сад наслаждений. Цветущий XVII век». Она представляет уникальное по ценности и числу произведений собрание из Фонда Phoebus Foundation SON (Бельгия) и помещает в центр внимания цветочные натюрморты и изображения садов, пишет искусствовед Анна Троицкая.
Одно из удивительных открытий, которое ждет посетителей, – это свойство языка искусства XVII века и, в частности, языка цветов говорить на совершенно разные, порой отвлеченные темы: от общей картины мира до частных выражений чувств и эмоций.
Этот универсальный язык, созданный мастерами прошлого, на выставке оживает и открывает путь к наслаждению живописью, пониманию скрытых в ней смыслов.
Цветы и драгоценности
Идея райского сада и божественного замысла, воплощённого в земных садах, получила особое развитие в нидерландской живописи. Сад выступает в таких картинах как напоминание об утраченном Рае или как отражение божественного замысла: в нём нередко соседствуют растения разных сезонов и мест обитания, которые в реальности никогда не распустились бы одновременно.
Другой идеей, унаследованной еще из средневековья, стал hortus conclusus – «закрытый сад» Богородицы. Во фламандских натюрмортах его роль выполняли образы Девы Марии, обрамленные цветочными гирляндами, и, что интересно, над созданием этих картин обычно трудились два художника – мастер «фигур» и мастер «цветов».
Среди известных авторов таких гирлянд были Ян Брейгель – старший и Ян Брейгель – младший, а также Даниэль Зегерс, Клара Петерс и другие мастера. Эти иллюзорные цветочные обрамления продолжают традицию, зародившуюся на полях личных молитвенников-часословов, которые тоже представлены на выставке.
Есть здесь и книги другого рода – гербарии, травники, флорилегиумы, свойственные XVII веку как веку науки. Первые ботанические сады возникали скорее как аптекарские, hortus medicus, где растения были объектом изучения. Но появлялись художники, которые работали на границе искусства и науки.
Йорис Хуфнагель, который несколько лет провел при дворе императора Рудольфа II и оформил альбом каллиграфии изображениями всевозможных растений, фруктов и цветов и насекомых, избрал своим девизом natura magistra (природа – учитель).
Столетием позже интерес к натуралистическому подходу в изображениях повлёк художницу Марию Сибиллу Мериан через океан для изучения и описания флоры и фауны. Экземпляр ее книги, посвященной суринамским насекомым, выставлен среди натюрмортов ее современников.
В эпоху расцвета науки и географических открытий во многих знатных домах появлялись кабинеты редкостей или кунсткамеры с природными диковинами и сувенирами из дальних стран, здесь же хозяева нередко хранили и живопись.
В один из таких кабинетов редкостей можно заглянуть на выставке: организаторы воспроизвели небольшую кунсткамеру из предметов собрания Phoebus Foundation, и в центре ее – натюрморт Яна Брейгеля – старшего с цветами и драгоценными камнями.
«Пляски смерти»
Натюрморты с букетами в домах состоятельных горожан могли быть свидетельством их богатства. В некоторых букетах красуются цветы, доступные лишь посетителям Королевского ботанического сада, редкие и дорогие сорта.
Вспомним, что в начале XVII века луковицы тюльпанов были на вес золота, увлечение ими в Голландии вскоре достигло пика. Даже изображение букета тюльпанов в вазе, словно подтверждение, что владелец мог их себе позволить, делало картину признаком благосостояния дома.
В зале, посвященном «тюльпаномании», зритель непременно найдет ответ на вопрос, какой из сортов тюльпана был в этот период самым дорогим.
Но не только идею торжества природы и процветания несли голландские натюрморты. В каждом увядающем бутоне, сломанном колоске, присевшем на лепесток насекомом заключалось напоминание о тленности жизни. Не случайно рядом с цветами художники помещали черепа, часы или свечи, превращая натюрморт в визуальную проповедь о vanitas – суетности земной славы и бренности бытия.
Эта идея была реализована и в изображениях так называемых «плясок смерти», убедительно показывающих весь социальный и возрастной диапазон своего времени практически в объятьях смерти – таковы, например, глиняные фигурки Антона Зона, продолжающие эту многовековую традицию.
Цветочная тема и история садов дают поразмышлять и над вечным, и над таким повседневным, как заботы по обустройству и возделыванию цветущего уголка. Садовые работы подчиняются годовому циклу и поддерживают мысль о привычном ходе вещей.
Сад выступает как аллегория весны в картинах Гаспара де Витте и Питера Брейгеля – младшего, как гимн четырем временам года в серии работ Себастьяна Вранкса или в гротескных портретах последователя Джузеппе Арчимбольдо. Все эти образы так или иначе символизируют время.
Связь с современностью подчеркивает дизайн выставки, проект бельгийского модельера Вальтера ван Бейрендонка. Благодаря ему цветочная тема присутствует во всех элементах выставки, а оформление Парадного зала и вовсе переносит зрителя в атмосферу буйного цветения.
В качестве самостоятельных объектов выступают яркие цветочные модели из коллекции Бейрендонка, а также – из коллекций известнейших модельеров и модных домов.
Считается, что мода преходяща, в то время как искусство вечно, однако здесь костюм становится элементом выставки, который по-своему представляет растительные мотивы и создает эстетическую параллель с барочными букетами прошлого.
Игра с реальностью
XVII век – это век барокко, со свойственным ему стремлением к иллюзорности и игре. Поэтому на выставке можно встретить довольно необычные образцы таких устремлений. Это и натюрморты-тромплеи (обманки) с воображаемыми нишами, окруженными цветами.
Наиболее дерзкий вариант – натюрморт Николаса ван Верендала – это коллаж с вклеенными крыльями настоящих бабочек на живописных цветах.
В одной из рукописных книг появляется имитация гербария с раскрашенными и вклеенными вырезками изображений растений. Работы последователя Арчимбольдо имитируют портреты, хотя на самом деле являются натюрмортами (или все же наоборот?).
Еще один «трюк» – иллюзорная фигурка девушки типа dummy boards (изображений на деревянной панели, которые в полутьме дворцовых покоев принимали за живых людей). Манекены в современных дизайнерских нарядах словно повторяют эту старую традицию, смешиваясь с настоящими посетителями, стоящими перед картинами или отдыхающими на скамейках.
Игра с реальностью – еще одно скрытое удовольствие, которое предлагает выставка «Сад наслаждений».
* * * * * * * * *
Куратор выставки: Катарина ван Каутерен, куратор живописи Старых мастеров Фонда Phoebus Foundation
Выставка открыта до 25 января 2026 года в Кадриоргском художественном музее (Weizenbergi 37, Tallinn)
