Министр социальных дел Кармен Йоллер (Партия реформ) попыталась в социальных сетях опровергнуть критику на тему запроса и защиты медицинских данных, сделав при этом несколько ложных заявлений. После того как ей на это указали, она заблокировала возможность комментирования поста, а в ответ на вопросы Postimees признала свою ошибку. Об этом пишет BNS.
Поводом для высказывания Йоллер в Facebook стал пост присяжного адвоката адвокатского бюро Sorainen Карри Гинтера: «22 сентября министр социальных дел Кармен Йоллер заверила в Рийгикогу, что люди могут запрашивать у TEHIK (Центр инфосистем здоровья и благополучия), кто использовал их медицинские данные. Теперь же люди начали получать ответы, в которых TEHIK отказывается предоставлять информацию о запросах со стороны следственных органов. /…/ В настоящее время от человека просят верить, что его медицинские данные запрашиваются только в обоснованных случаях, что кто-то контролирует необходимость запросов и что все происходит законно. В то же время ему не дают возможности это проверить самостоятельно. Это немного напоминает бухгалтера, который утверждает, что все счета в порядке, но отказывается показывать их владельцу».
В свою очередь, Йоллер опубликовала пост: «Ваши медицинские данные защищены. Я опровергаю быстро распространяющуюся ложную информацию. Гинтер сегодня опубликовал пост, в котором в очередной раз пытается ввести общественность в заблуждение. Поскольку как адвокат он хорошо разбирается в нюансах законотворчества, у меня возникает вопрос, каковы истинные интересы Гинтера. Трудно поверить, что в ситуации, когда к мнению адвоката прислушались и несколько решений уже были включены в законопроекты еще до поднятия этой темы, необходимо вводить общественность в заблуждение и даже вмешиваться с политическими заявлениями. На этот раз в свой вводящий в заблуждение пост Гинтер привлек и Аллара Йыкса – от бывшего канцлера права я бы такого точно не ожидала».
Йоллер утверждала: «В TEHIK запросом занимается специалист с компетенциями в области защиты данных, который проверяет обоснованность запроса и следит за тем, чтобы были выданы именно нужные данные. Такой порядок обмена данными был разработан после решения Государственного суда от 2022 года, в котором было указано, что действовавшее до тех пор положение закона о выдаче данных предоставляло следственным органам слишком широкие права».
Однако министр юстиции и цифровизации Лийза Пакоста (Eesti 200) еще в мае указывала на прямо противоположное: решение Государственного суда по ошибке не затронуло TEHIK.
«Не может быть так, чтобы следственный орган просто приходил и выгребал врачебную тайну, – оценила она. – Врач не имеет права ее выдавать. Но TEHIK действительно остался вне поля зрения решения Государственного суда. Возможно, стоило бы сделать из этого свои выводы, но Министерство социальных дел оставило упомянутый параграф (часть 7 статьи 59³ Закона об организации оказания медицинских услуг – Postimees) без изменений. Но теперь мы его изменим, и в Министерстве социальных дел тоже прекрасно понимают, что его нужно изменить», – заявила Пакоста.
Postimees попросил Йоллер прислать упомянутый ею «порядок», поскольку о подобной процедуре издание слышало впервые.
«Точные ответы о порядке выдачи данных и его изменении может дать сам TEHIK», – уклонилась от ответа Йоллер.
Еще весной TEHIK также признал, что выдает данные на основании простого запроса от следственного органа по электронной почте или в ином виде, без согласия лица и постановления суда. На вопрос, достаточно ли утверждения следователя о том, что данные необходимы для производства, в TEHIK признали, что, будучи ИТ-учреждением, не принимают взвешенных решений о выдаче данных, поскольку «не имеют компетенции оценивать, является ли обработка медицинских данных необходимой в уголовном производстве».
Вице-канцлер Министерства социальных дел Неле Лаби прокомментировала, что подведомственное учреждение министерства TEHIK является администратором инфосистемы и не имеет компетенции оценивать содержательную обоснованность следственных действий. «Это делают учреждения, которые ведут и контролируют производство, – следственные органы, прокуратура и суд», – уточнила она.
Postimees спросил, почему Йоллер распространяет в Facebook ложную информацию.
«Формулировка в моем посте действительно была неточной, на это указал и один из комментаторов. Спасибо, что снова обратили на это внимание, я исправлю формулировку и в посте. Правильная формулировка такова: TEHIK проверяет основание для выдачи запроса и его соответствие требованиям», – ответила Йоллер.
«Кстати, если человек ограничил доступ к своим данным, то эти данные не видит никто – даже TEHIK», – также утверждала Йоллер в своем посте на Facebook.
На вопрос о том, что это утверждение ложно, она ответила: «Я и сама в рамках разработки законопроекта о профессиональных привилегиях изучала, доступны ли скрытые данные каким-либо образом.
Чиновники заверили, что скрытые человеком данные не видит никто, если сам человек их не откроет. Если у вас есть доказательства обратного, обязательно пришлите их мне, и я займусь этим вопросом дальше».
«Я никогда не слышал, чтобы данные можно было скрыть от правоохранительных органов путем их „закрытия“», – ответил присяжный адвокат адвокатского бюро Namm Сандер Потисепп на просьбу пояснить, на каком основании утверждение Йоллер является ложным.
Он сослался на Закон об организации оказания медицинских услуг и на устав инфосистемы, из которых следует, что просмотр медицинских данных можно запретить всем поставщикам медицинских услуг, однако о других ведомствах речи не идет.
В контексте поставщиков медицинских услуг речь идет также о врачах Департамента оборонных ресурсов и Сил обороны, поэтому этим учреждениям можно запретить доступ к данным. Аналогичная информация доступна и на сайте Инспекции по защите данных.
«В вопросе о скрытых медицинских данных юристы правы. Я внесла исправление в пост и добавила в конце разъяснение», – признала Йоллер в разговоре с Postimees. «Я ошиблась, когда утверждала, что закрытые самим человеком данные нельзя передавать следственным органам. TEHIK может выдавать следственным органам и те данные, которые человек закрыл, но, разумеется, при условии, что для этого есть законное основание. Однако TEHIK не может сделать эти данные видимыми ни для одного работающего в сфере здравоохранения специалиста, за исключением случаев ходатайства о медицинской справке для получения разрешения на оружие».
Примечательно, что ранее написанный Йоллер комментарий (в ответ Гинтеру) указывает на то, что она еще до вопросов от Postimees понимала, кто может и кто не может получить доступ к медицинским данным тех людей, которые закрыли доступ к своим данным на Портале здоровья.
«Речь в стенограмме (имеется в виду выступление Йоллер в Рийгикогу – Postimees) идет о данных, которые просматривают специалисты с правом доступа, например, врачи, медсестры, аптекари. У следственных органов доступа нет, поэтому они должны делать запрос по электронной или обычной почте», – говорится в комментарии Йоллер. То есть министр знала, что, делая запрос по электронной почте, силовые ведомства могут получить и те медицинские данные людей, которые заблокировали к ним доступ.
