По расчётам Института частных финансов Swedbank, в результате краткосрочной болезни наибольшую часть своего дохода (около 18%) вынуждены отдавать жители Эстонии, тогда как в Литве и Латвии снижение дохода в аналогичной ситуации находится в пределах 10 процентов.
Доход жителя Эстонии, получающего брутто-зарплату 800 евро, за две недели болезни снижается на одну пятую, то есть примерно на 115 евро, падение дохода в Литве и в Латвии составляет соответственно 11% и 10%, то есть 68 и 54 евро в месяц.
«Необходимо учесть, что Больничная касса выплачивает компенсацию, исходя из дохода за прошлый год, с которого был уплачен социальный налог, в связи с чем в худшем положении находятся те, кто только что устроился на работу или те, кто вернулись из отпуска по уходу за ребёнком, то есть те люди, которые в год, предшествующий болезни не работали», – отметила руководитель Института частных финансов Леэ Марипуу.
В случае ухода за больным ребёнком, государственное пособие достигает 80% дохода. Оставшись с больным ребёнком дома на пять рабочих дней, родитель теряет в Эстонии и Латвии 8,7% дохода, в Литве – лишь 1,5%.
«В Эстонии и Латвии компенсация по болезни начисляется также за выходные дни,
поэтому падение дохода в этих странах может быть меньшим в том случае, если родитель остаётся с ребёнком дома на длительный срок», – подчеркнула Марипуу.
Если в семье есть маленькие дети, и если один из родителей в прошлом году получал родительскую зарплату, то с экономической точки зрения часто целесообразнее поручить уход за больным ребёнком тому родителю, который в прошлом году работал.
«При распределении нагрузки по уходу за ребёнком стоит проявлять гибкость, и отцы могли бы смелее брать на себя эту заботу, что может быть также выгоднее по деньгам», – отметила Марипуу.
Проведённый Институтом частных финансов общебалтийский анализ показал, что если в случае сезонного заболевания доход работника в трёх странах Балтии в значительной мере сохраняется, то при потере работы семейный бюджет становится значительно более напряжённым, снижаясь в первые месяцы после потери работы на 30-40%, а затем – ещё сильнее.
