Инвалидная коляска, слуховой аппарат, протез, специальная кровать или другое жизненно важное вспомогательное средство – для тысяч людей эти вещи не просто облегчают жизнь, а позволяют учиться, работать и оставаться самостоятельными. Государство готовит реформу системы вспомогательных средств, обещая сделать ее более понятной и эффективной. Однако организации людей с инвалидностью предупреждают: некоторые изменения могут осложнить получение помощи теми, чьи потребности не вписываются в стандартные правила. Что именно изменится, кого затронет реформа и есть ли повод для беспокойства, выясняла «МК-Эстония».
В редакцию нашей газеты обратился Андрей (53), который уже почти двадцать лет живет с последствиями тяжелого заболевания нервной системы.
«Из-за него мышцы ног постепенно ослабли, и сегодня я передвигаюсь на активной инвалидной коляске, – поясняет мужчина. – У меня также – специальный ортез, который фиксирует голеностопный сустав. Без него я не могу даже безопасно пересесть с коляски на кровать или в машину – нога просто не держит нагрузку».
Андрей поясняет, что несмотря на свои проблемы со здоровьем, он работает – удаленно.
«Стараюсь жить самостоятельно, сам езжу по делам, в магазин, на встречи с друзьями. Со стороны может показаться, что я почти не отличаюсь от других людей. Однако вся эта самостоятельность держится на нескольких правильно подобранных вспомогательных средствах, – поясняет мужчина. – Но недавно я прочитал, что государство собирается менять всю систему выдачи и компенсации таких средств. Сначала я даже обрадовался: если станет меньше бумажной волокиты, кто же будет против? Но потом начал читать подробнее и понял, что не все так просто».
Его очень беспокоит, в частности, такой вопрос: «Если мой ортез когда-нибудь придется менять, смогу ли я получить такой же? Или мне предложат какой-нибудь «стандартный» вариант, который мне не подойдет? Если сломается коляска или понадобится новая, не придется ли ждать ее месяцами? И не увеличится ли сумма, которую нужно доплачивать самому?»
В чем суть реформы?
Действительно, систему вспомогательных средств собираются кардинально менять. Государство хочет объединить существующие механизмы предоставления и компенсации вспомогательных и медицинских изделий, сделать процедуру более простой, современной и понятной для человека.
Однако именно здесь и возникли разногласия. Организации, представляющие людей с инвалидностью, поддерживают идею реформы, но опасаются, что при переходе на новую систему могут пострадать те, кому необходимы индивидуально подобранные решения.
Сегодня в сложных случаях действует так называемый особый порядок. Его применяют, если стандартное решение человеку не подходит: например, нужного предмета нет в перечне, его стоимость превышает установленный лимит или требуется индивидуально изготовленное средство. Именно сохранение такой возможности организации считают одним из ключевых условий успешной реформы.
Еще один важный вопрос – скорость получения помощи. Если необходимое средство отсутствует в утвержденном перечне, человеку приходится ждать его обновления. Для людей, чья возможность самостоятельно передвигаться, работать или учиться зависит от правильно подобранного вспомогательного средства, такая задержка может иметь серьезные последствия.
Одна система
Представитель Министерства социальных дел Лаури Кооль объясняет, что реформа должна объединить две существующие системы, через которые сегодня предоставляют и финансируют вспомогательные средства и медицинские изделия.
«Сегодняшняя система раздроблена. Предоставление и финансирование распределены между двумя учреждениями – Департаментом социального страхования и Кассой здоровья, хотя их цели и целевые группы схожи. Это приводит к дублированию функций и делает организацию помощи менее эффективной как для людей, так и для специалистов, предприятий и государства», – говорит он.
Отдельный блок реформы касается оформления медицинских изделий.
«Сейчас карту медицинского изделия могут выписывать только врачи, хотя во многих случаях потребность человека способен профессионально оценить и другой специалист. Из-за этого для оформления компенсации приходится обращаться сразу к нескольким медицинским работникам, что удлиняет путь к получению помощи и приводит к лишним визитам к врачу», – поясняет Кооль.
Он также обращает внимание, что сейчас параллельно используют разные подтверждающие документы, информационные системы и отдельные договоры с предприятиями. По его словам, именно это увеличивает административную нагрузку и мешает использовать единое цифровое решение.
Рассказывая о том, что изменится после реформы, представитель министерства отмечает, что человеку больше не придется ориентироваться сразу в двух разных системах.
«Вся необходимая информация – условия получения, перечни необходимых предметов и поставщики услуг – будет собрана в одном месте», – говорит он.
Кроме того, бумажные справки, подтверждающие необходимость во вспомогаетльном средстве, постепенно заменят цифровыми картами медицинских изделий. Для постоянных пользователей вспомогательных средств такие карты будут создавать автоматически, поэтому получать новое подтверждение не потребуется.
Еще одним нововведением станет изменение порядка учета расходов самих пациентов.
«Расходы на собственное участие при получении тех средств, которые перейдут в систему Кассы здоровья, будут учитывать при расчете дополнительной компенсации на лекарства и медицинские изделия. Это означает более существенную поддержку людей, чьи неизбежные расходы на здоровье особенно высоки», – говорит представитель Лаури Кооль.
По данным Министерства социальных дел, в 2025 году через Департамент социального страхования вспомогательные средства получили около 79 000 человек, а через Кассу здоровья медицинскими изделиями воспользовались более 111 000 человек. При этом часть людей использует обе системы одновременно, поэтому суммировать эти цифры нельзя.
Отдельно Кооль отвечает на опасения организаций людей с инвалидностью, связанные с возможной отменой исключений.
«Нет, в переходный период возможность рассмотрения случаев в индивидуальном порядке не исчезнет. В 2027–2028 годах отдельные исключения по-прежнему будет рассматривать Департамент социального страхования, чтобы обеспечить людям необходимую помощь даже тогда, когда их потребности еще не будут покрыты стандартными условиями финансирования», – говорит он.
При этом представитель министерства отмечает, что в долгосрочной перспективе цель реформы состоит в том, чтобы как можно большая часть потребностей покрывала обычная система компенсаций и людям не приходилось обращаться за индивидуальными исключениями.
Кроме того, перечень планируют обновлять дважды в год, чтобы при необходимости быстрее включать в него новые изделия и решения.
«Если сегодня человек обеспечивается вспомогательным средством при государственной поддержке, он сможет получать необходимую помощь и в дальнейшем. Реформа не отменяет систему и не сокращает существующую поддержку», – заверяет Кооль.
По его словам, изменения будут внедрять в 2027–2029 годах поэтапно, а существующие механизмы продолжат работать и в переходный период, чтобы люди не остались без необходимой помощи.
Главное – не навредить
В Эстонской палате людей с ограниченными возможностями подчеркивают: они поддерживают идею реформы.
По словам советника по защите интересов в сфере пособий и услуг Кристи Кяхяр, цель сделать систему менее раздробленной и более понятной для человека – правильная.
«Реформа включает целый ряд положительных изменений, – отмечает она. – Например, введение цифровой карты медицинского изделия, распространение дополнительной компенсации на вспомогательные средства, автоматическое создание карт для людей с постоянной потребностью в них, а также расширение права оформлять такие карты не только для врачей, но и для других специалистов с соответствующей квалификацией».
При этом, подчеркивает представитель Палаты, основные вопросы вызывает не реформа, а сроки ее реализации.
«Первые группы вспомогательных средств планируют перевести в новую систему уже в начале 2027 года, тогда как многие условия, определяющие права человека и реальную доступность, а также технические решения пока еще находятся в стадии разработки», – говорит Кяхяр.
По ее словам, сегодня по-прежнему остается слишком много вопросов.
«Пока недостаточно ясно, как будет работать постоянный механизм рассмотрения случаев в порядке исключения, как будут определять цены на индивидуально комплектуемые вспомогательные средства, может ли реформа привести к сокращению ассортимента изделий или увеличению собственного участия пациентов», – перечисляет она.
Кроме того, по словам Кяхяр, пока не определены будущие требования к качеству услуг и квалификации специалистов, а также порядок аренды вспомогательных средств, их ремонта и компенсации стоимости запасных частей.
Еще один важный вопрос касается детей.
«Необходимо четко подтвердить сохранение действующего уровня компенсации для детей – 90%, который сейчас прямо гарантирован законом», – подчеркивает представитель Палаты.
По ее мнению, до начала реформы необходимо также заранее определить критерии, по которым можно будет оценить, достигла ли она своей цели.
«Нужно понимать, стал ли процесс получения вспомогательных средств для людей действительно быстрее и проще, не увеличился ли размер самофинансирования и сохранился ли выбор изделий», – говорит Кяхяр.
Особенно осторожно, по ее словам, к реформе следует подходить в отношении людей, которым не подходят стандартные решения.
«Это – люди с редкими заболеваниями, множественной инвалидностью и сложными функциональными нарушениями», – отмечает она.
В группе риска также находятся люди, которым необходимы индивидуально изготовленные или состоящие из нескольких компонентов варианты.
«Например, сложные ортезы или протезы, активные или электрические инвалидные коляски, индивидуальные системы позиционирования или средства альтернативной коммуникации», – перечисляет Кяхяр.
Она объясняет, что более дешевое стандартное изделие в таких случаях далеко не всегда подходит человеку.
«Оно может не позволить ему в полной мере передвигаться, общаться, учиться или работать», – говорит представитель Палаты.
Именно поэтому, подчеркивает Кяхяр, так важно сохранить механизм рассмотрения случаев в порядке исключения.
«Через него можно ходатайствовать, например, о предоставлении вспомогательного средства, которого нет в утвержденном перечне, получить большее количество изделий, заменить средство раньше установленного срока или добиться более высокого предельного размера компенсации», – поясняет она.
Поэтому, считает представитель Палаты, действующий механизм должен сохраниться – до тех пор, пока не будет принят и полностью готов к применению новый постоянный механизм, обеспечивающий как минимум такой же уровень защиты.
Отдельное внимание Палата уделяет вопросу финансирования реформы.
По словам Кяхяр, согласно пояснительной записке к законопроекту, финансирование вспомогательных средств должно и дальше оставаться основанным на реальной потребности. Однако представители Министерства финансов уже обращали внимание, что финансирование, передаваемое Кассе здоровья, на практике ограничено рамками бюджета.
«Право человека на необходимое вспомогательное средство не должно зависеть от того, хватит ли средств, заложенных в бюджете в начале года», – подчеркивает Кяхяр.
В первую очередь – пациент
Исполнительный директор Союза пациентов Эстонии Анника Оя отмечает, что чаще всего люди обращаются в организацию тогда, когда получение необходимого устройства затягивается или оказывается слишком сложным.
«Основные проблемы связаны со сложностью оформления документов, необходимостью разбираться в различных требованиях, а также – с тем, что люди не всегда имеют четкое представление, на какое вспомогательное средство они имеют право и на каких условиях его можно получить», – говорит она.
По словам Оя, дополнительные трудности создают размер самофинансирования, а также – ситуации, когда подходящего варианта нет в наличии или его приходится долго ждать.
«Особенно тяжело это для пожилых людей, людей с хроническими заболеваниями и с инвалидностью, для которых вспомогательное приспособление – это не вопрос удобства, а необходимое условие повседневной жизни», – подчеркивает исполнительный директор Союза пациентов.
Оя признает: для многих пациентов нынешняя система – слишком сложная.
«Человеку приходится взаимодействовать сразу с несколькими различными учреждениями и понимать, какое из них за что отвечает. Это требует хороших цифровых навыков и определенных знаний, которыми обладают далеко не все», – отмечает она.
При этом, по мнению Оя, человеку не должно быть важно, какое ведомство отвечает за тот или иной этап оформления помощи.
«Пациент хочет как можно быстрее получить необходимое средство по понятным правилам и с минимальной административной нагрузкой», – говорит она.
Вместе с тем исполнительный директор Союза пациентов считает, что реформа действительно может принести пользу, если ее главным ориентиром останутся интересы человека.
«Если реформа сделает систему более простой для пациента, сократит бюрократию и ускорит получение вспомогательных средств, это, безусловно, станет положительным изменением», – отмечает Оя.
В то же время, говорит Оя, людей больше всего волнует, сохранятся ли после реформы доступность необходимых вспомогательных устройств и прежний размер государственной поддержки.
«Существует опасение, что в переходный период могут возникнуть путаница, увеличение сроков рассмотрения заявлений или перебои с предоставлением нужных вариантов. Для людей очень важно быть уверенными, что реформа не ухудшит их повседневную жизнь», – подчеркивает она.
Оя также не исключает, что при неблагоприятном развитии событий часть расходов может лечь на плечи самих пациентов.
«Если в ходе реформы увеличится размер самофинансирования или сократится объем государственной компенсации, часть людей может отказаться от необходимого приспособления или отложить его приобретение. В долгосрочной перспективе это может привести к ухудшению состояния здоровья, снижению способности к самостоятельной жизни и увеличению расходов как системы здравоохранения, так и социальной сферы», – предупреждает специалист.
Индивидуальный подход
Ведущий эрготерапевт Ида-Таллиннской центральной больницы Кайри Леэз отмечает, что система вспомогательных средств как таковая не вызывает у специалистов серьезных нареканий. Однако, по ее словам, в реабилитации регулярно возникают ситуации, когда на эстонском рынке просто нет некоторых современных решений, которые уже доступны в других странах.
«В некоторых случаях пациенту, например, требуется специальный ортез для кисти или пальцев, однако мы знаем, что в магазине его может не оказаться», – говорит она.
Говоря о необходимости индивидуального подхода, Леэз подчеркивает, что делить пациентов на отдельные категории не всегда правильно.
«Одному пациенту с ревматическим заболеванием может подойти стандартный ортез для пальцев, а другому из-за имеющихся деформаций – нет. В таком случае необходим ортез, изготовленный индивидуально», – объясняет эрготерапевт.
По ее словам, при выборе подходящего варианта всегда необходимо учитывать состояние здоровья человека, его функциональные возможности и повседневные потребности.
«Если человек не получит необходимое вспомогательное средство или его получение затянется, это может привести к ухудшению качества жизни и снижению способности самостоятельно справляться с повседневными делами», – предупреждает Леэз.
Она поясняет, что последствия могут быть разными: осложнения, усиление деформаций, снижение функциональных возможностей и большая зависимость от посторонней помощи.
«Например, после эндопротезирования тазобедренного сустава пациенту необходимо избегать глубоких наклонов вперед. В такой ситуации приспособление для надевания носков помогает выполнять повседневные действия, не нарушая установленных ограничений движений. При синдроме запястного канала ночной ортез для запястья помогает удерживать кисть в нейтральном положении, уменьшает чувство онемения пальцев и предотвращает дальнейшее развитие проблемы», – приводит примеры специалист.
По словам Леэз, полностью заменить все вспомогательные средства стандартными решениями невозможно.
«Даже выбор подходящего стандартного средства на самом деле – индивидуальный подход. В то же время некоторым пациентам неизбежно требуются специальные приборы, изготовленные для каждого индивидуально», – подчеркивает она.
Эрготерапевт отмечает, что при реформировании системы важно не исключить из процесса специалистов, которые ежедневно работают с пациентами.
«Самое главное – чтобы право оформлять цифровую карту медицинского изделия получили также те специалисты, которые в своей ежедневной работе оценивают потребность во вспомогательных средствах и консультируют пациентов. Это позволит людям быстрее получать необходимые вспомогательные средства, а сама процедура станет более простой и удобной», – заключает Леэз.
КОММЕНТАРИЙ
Лаури Лейнусте,
исполнительный директор Invaru
В целом мы поддерживаем реформу. Ее цель – объединить две действующие системы в одну и сделать получение вспомогательных средств более удобным для человека. Мы участвовали в рабочих группах при подготовке реформы и видим в ней немало положительных изменений.
В то же время остаются вопросы, на которые пока нет окончательного ответа. Прежде всего это касается механизма исключений. Для большинства людей изменения действительно могут пройти незаметно, но есть пациенты, которым требуются индивидуальные решения.
Сегодня через механизм исключений можно получить изделие, которого нет в перечне, заменить его раньше установленного срока или увеличить предельную стоимость компенсации, если стандартного лимита недостаточно. Для некоторых людей это – не исключительная ситуация, а единственная возможность получить действительно подходящее средство.
Если механизм исключений перестанет работать так же эффективно, как сейчас, получение некоторых сложных вспомогательных средств может существенно затянуться. Сегодня подобные вопросы зачастую удается решить примерно за месяц, тогда как внесение изменений в общий перечень может занять 8–12 месяцев. Для человека, которому средство необходимо сейчас, такая задержка может иметь очень серьезные последствия.
КОММЕНТАРИЙ
Тийа Орловски,
руководитель службы вспомогательных средств Департамента социального страхования
В последние годы число людей, получающих вспомогательные средства с государственной компенсацией, постоянно растет, прежде всего – за счет пожилых людей.
Этому способствовало и то, что услуга стала доступнее благодаря увеличению числа поставщиков и снижению размера самофинансирования.
Подавляющее большинство людей получает все необходимое напрямую у поставщиков, где им помогают подобрать наиболее подходящее решение. Необходимость ходатайствовать об исключении возникает сравнительно редко. Чаще всего это связано с приобретением протезов, слуховых аппаратов и средств передвижения, прежде всего – инвалидных колясок.
Во многих случаях люди ходатайствуют об исключении потому, что даже при действующей системе размер самофинансирования при покупке дорогостоящего вспомогательного аппарата может составлять тысячи евро. Кроме того, есть изделия, которые сегодня можно получить только по решению о применении исключения.
Мы рассчитываем, что после реформы потребность в части таких исключений исчезнет, поскольку у Кассы здоровья появится больше возможностей устанавливать более понятные условия компенсации.
Подавляющее большинство заявлений на применение исключений удовлетворяют. Если же человек получает отказ, то чаще всего причина заключается либо в том, что уровень его доходов позволяет самостоятельно внести свою долю самофинансирования, либо в том, что запрашиваемый товар не относится к вспомогательным средствам в понимании закона или его компенсируют через другую систему – например, Кассу здоровья или Кассу по безработице.
