В этом году первое сентября далось мне трудно. Так получается, что я наблюдаю изменения в нашей образовательной системе сразу с нескольких сторон, пишет родитель и учитель Маргарита Полокайнен.
Я – мама девочки, окончившей школу, я – мама пятиклассника. Я – учитель эстонского для детей и учитель эстонского для взрослых. И очень часто мои ученики – это школьные учителя.
И ещё я – смесь русской и финно-эстоно-шведов, сама училась в русской школе, но получала высшее образование на эстонском.
Я – гражданка Эстонии, но мой «мамин язык» – русский. Я живу в Таллинне, но очень много времени провожу в Ида-Вирумаа. Я смело могу сказать – у меня очень много точек зрения на происходящее в нашей стране и в нашей образовательной системе.
И вот какая аналогия пришла мне в голову, пока я гляжу на всё это безобразие. Если вы – очень культурный человек, то дальше не читайте (на всякий случай).
Все равны
Я смотрю на насаждение эстонского языка в наших школах, как влюблённый в жизнь Казанова смотрит на насильника. Мне хочется закричать: «Зачем ты делаешь это так? Ведь это можно делать прекрасно и по любви!»
Я знаю, как много методик изучения языка изобретено – и даже тут у нас, в Эстонии. Я слышу, какой эстонский красивый, богатый (да-да!) и образный. Я знаю много книг; писателей, музыкантов, творящих настоящие сокровища на этом языке. Эстонский язык и культура, безусловно, заслуживают изучения и знания. И любви. И это всё можно показать, разделить со своими неэстоноговорящими гражданами. Просто надо видеть в них людей и не действовать грубой силой.
Но… Всем известно, насильник насилует не из-за секса, раз уж я так неполиткорректно сравнила. Насильник жаждет власти над жертвой.
Ему плевать на её чувства, он не ищет любви. Он хочет показать, кто тут главный, кто сильнее, и значит – прав.
Я очень надеюсь, что моя аналогия – просто плохая шутка. Что я ошибаюсь. Но пока я не знаю, как ещё себе объяснить то, что сейчас происходит.
Я давно думаю, что школьная система устарела, не видит за лесом деревьев, а за цифрами и статистикой – живых детей. Разных. Разных!!!
Их невозможно грести под одну гребёнку, заставлять слепо подчиняться общим правилам. Соответствовать, сидеть, молчать. А потом вдруг раз! – и вырастить их инициативными, творческими, независимыми.
Чтобы получить творческого и независимого взрослого, надо давать ребёнку свободу и внимание. Наша образовательная система до этого недотягивает. В ней были хорошие задумки, прекрасные ростки нового. Но пришла языковая реформа, и всё полетело к чертям.
На эстонском вдруг должны были заговорить все, и учителя, и дети. А сами знания как будто ушли на второй план.
Какая математика или биология? Плевать! Главное – на эстонском!
У вашего ребёнка – особые образовательные потребности? Тоже плевать. Ну и что, что ему даже на своём родном языке трудно говорить. Тут все равны, всё делаем на эстонском.
Страх и насилие не помогают
Мне ужасно жаль, и я чувствую смесь бессилия и злобы. При том, что я люблю эстонский.
У наших детей не просто отнимают знания за счёт изучения языка. У них появляется весьма специфичное владение эстонским, когда они знают на этом языке названия придонных червей, но не знают ни одного анекдота, не знают, кто такой Nublu и почему так называется противопожарная сигнализация.
То есть дети не становятся таким образом частью эстонской культуры, эстонского инфополя, они просто знают очень много странных слов. И теряют очень много от уровня академических знаний.
И ещё узнают одну важную вещь – они сами систему образования не особенно интересуют. Через это отношение они могут сделать очень болезненные выводы о своём значении в этом государстве. И это – настоящая печаль.
У взрослых людей – своя история. Многие жалуются, что их учителя эстонского ненавидели русских, и их уроки для многих были, как пытка – там детей обзывали и ставили двойки, не учили, а калечили… Откуда тут будет желание учить язык?
И на своих уроках эстонского я очень часто выправляю именно эту ненависть, которая была еще тогда вживлена на школьных уроках эстонского.
Частенько вижу, как приехавшие сюда пару-тройку лет назад люди, которые или устроились сюда на работу, или влюбились-женились и переехали, говорят на эстонском легче и быстрее, чем те, кто тут родился и ходил в школу. Потому что у них нет этого эмоционального багажа.
Первый раз для меня первое сентября – такое. Я очень люблю Эстонию, надеюсь и верю, что у сильных нашего мирка хватит ума решить эти внутренние проблемы. Что у наших детей хватит адаптивности и пофигизма пережить эти эксперименты.
Что у нас как у родителей хватит мудрости и терпения поддержать своих детей, быть на их стороне. И что светлые идеи и (ну никак без этого слова) любовь к людям окажутся сильнее игр власти.
Учителям – сил. Вас и так уже немного осталось. Держитесь, пожалуйста! Вы воспитываете мир будущего.
Я поддерживаю переход образования на эстонский язык, но не так. Не так. И я знаю, эстонский можно, нужно, стоит учить. Он прекрасен. Но насилие – это последнее, что может нам в этом помочь.
Страх и насилие вообще никогда никому не помогают.
