Люблю один британский анекдот, пишет журналист Андрей Деменков. В типичной английской семье родился замечательный малыш. Здоровье у него отменное, только не говорит. Врачи много раз его исследовали, разводили руками: по всем признакам мальчик должен говорить, все у него в порядке. А малыш отлично слышит, но упорно молчит.
Что ж, родители смирились с бедой, живут дальше. А подросший сын однажды встает после обеда из-за стола и произносит вдруг на прекрасном английском: «Бифштекс сегодня был немного подгоревшим». Родители на миг теряют дар речи, придя в себя, заходятся от восторга: «Какое счастье! Наш ребенок говорит! Но как же так? Почему ты до сих пор молчал?» Сын пожимает плечами: «А раньше все было в порядке».
Мальчик этот чем-то напоминает мне обычно молчаливое эстонское общество. Десятилетиями мы жили в основном в очень спокойной обстановке, поскольку здесь не особо принято бастовать или качать права в массовых акциях протеста. Да и поводов, скажем честно, было немного. Все постсоветское время экономика, а с ней – и социальная сфера, развивались очень быстро, сглаживая любую неудовлетворенность. Если кому-то хотелось всего и сразу, он просто эмигрировал в благополучную Финляндию, Великобританию или куда-нибудь еще – выбор в современном мире огромен.
Это во многом определило разницу в том влиянии, которое имеют, к примеру, профсоюзы в странах с богатой историей общественных конфликтов и у нас. В Финляндии порядка 70% работников – члены профсоюзов. Однако в Эстонии, по разным оценкам, доля колеблется от 6 до 9%. Не все так плохо, если учесть, что лет десять назад было вообще всего 3%, и профсоюзы производили впечатление отмирающего института. Нынче им даже удалось договориться с правительством об ускоренном повышении минимальной зарплаты в ближайшие годы. Пока это только «протокол о намерениях», но тенденция обнадеживает.
Однако есть ряд проблем, которые не решают с профсоюзами. Некоторыми до недавнего времени не было даже особой нужды заниматься.
Кризис – новые возможности
Но вот «бифштекс подгорел» – и у общества прорезается голос. Люди, и без того уставшие за два года пандемии, недовольны тем, как государство пытается решать накопившиеся в экономике проблемы, обложив их новыми налогами на потребление. Бизнес, которому и так непросто в последнее время, когда из товарооборота выпадают целые страны, опасается, что теперь вовсе не сдюжит. Приходит понимание: в обществе нарушился баланс интересов групп, и с этим нужно что-то делать.
К счастью, у предпринимателей как раз есть структуры, которые, по крайней мере, пытаются отстаивать их интересы. Союз гостиниц и ресторанов, Союз производителей и импортеров алкоголя, Союз производителей строительных материалов… Сложнее с простыми гражданами.
На партии, традиционный политический инструмент, особой надежды нет. Победившие на выборах честно признают, что замалчивали правду о планах резко повысить налоги ради получения голосов избирателей, и не выказывают готовности к компромиссам. Проигравшие пока способны лишь устраивать в парламенте затяжные обструкции, которые ни к чему не ведут.
Если нет иных, традиционных путей решения проблемы, в игру вступает общественная инициатива.
Перспектива высокого налогообложения автотранспорта подтолкнула к созданию Союза автовладельцев. Организаторы призывают сообща отстаивать свои интересы.
Автомобилистов в стране – сотни тысяч, у нового союза есть все шансы стать массовым движением. А много голосов звучат громко. Нужно только говорить внятно и быть готовыми искать решение, приемлемое для обеих сторон.
Не знаю, какие планы у создателей, но в принципе Союз автовладельцев может решать куда больше вопросов, чем налоговые споры с государством.
Клуб с 21 млн членов
В Германии есть организация под аббревиатурой ADAC – Всеобщий немецкий автомобильный клуб, крупнейший в Европе союз автовладельцев. Его можно назвать даже профсоюзом. Свыше 21 млн участников и ежегодный оборот около двух млрд евро – это сила, не правда ли?
Клуб занимается множеством вопросов развития дорожного хозяйства, безопасности движения, автотуризма, ремонтного страхования. И защитой прав автолюбителей, как же без этого!
Даже серия скандалов в середине прошлого десятилетия, вызванная нарушениями в руководстве ADAC и фальсификациями ряда автомобильных тестов, хоть и спровоцировала волну разочарования, не смогла затмить всего того, что сделала и продолжает делать организация для своих членов. Поэтому на сегодня в ADAC – рекордная численность.
Автомобилисты сумели показать свою силу даже в авторитарной России. Ставленник Путина, калининградский губернатор Георгий Боос попытался обложить автомобили повышенным налогом. Владельцы машин взбунтовались, и в январе 2010-го в Калининграде прошел митинг протеста, в котором приняли участие 12 тыс. человек. Пару недель спустя Боос был снят с должности президентом Медведевым.
Успех Союза автовладельцев стал бы наглядным примером и для других. В стране – немало тех, чьи интересы могут серьезно пострадать, если не сегодня, то в скором будущем. Сильные общественные движения обычно становятся залогом того, что в политической жизни не бывает болтанки вроде нынешней, а решения принимают более взвешенно и лишь после активных консультаций.
Не согласны с автором? Есть свое мнение? Пришлите его в редакцию.
