Велосипеды, телефоны, инструменты, техника и даже автомобили… У каждого предмета, оказавшегося в распоряжении полиции, – своя история. Одни вещи изъяли в ходе производства, другие конфисковали как орудие преступления или полученное преступным путем имущество, а некоторые так и не нашли своего хозяина. Что происходит с ними дальше, где и как долго их хранят и какие необычные лоты уже уходили с молотка?
Фото: Tiit Blaat| Delfi Meedia, Департамент полиции и погранохраны
Недавно полиция выставила на аукцион украшения Bvlgari, конфискованные у у украинского наркоторговца. Начальная цена драгоценностей – а это браслет и кольцо, изготовленные из розового золота и украшенные бриллиантами – в общей сумме 15 500 евро.
Кольцо продают за 2500 евро, браслет – за 13 000 евро. В оформлении украшений, созданных ведущими итальянскими ювелирами, воспроизведен рисунок змеиной чешуи, пишет Eesti Ekspress.
Конфискованные украшения принадлежали 33-летнему гражданину Украины Ростиславу Федишину. Проживавший в Чехии преступник снабжал эстонский криминальный мир крупными партиями наркотиков. С весны 2023 года до конца декабря 2024 года он шесть раз привозил в Таллинн по одному дорожному чемодану, набитому различными наркотиками. По данным полиции, торговля наркотиками принесла ему около 350 000 евро.
В июне прошлого года чешские власти задержали Федишина и выдали его Эстонии. Арестованный на время предварительного следствия украинец счел целесообразным пойти на сделку со следствием.
В апреле этого года Харьюский уездный суд приговорил Федишина за торговлю наркотиками к восьми годам и четырем месяцам реального лишения свободы.
В рамках сделки с прокуратурой Федишин отказался в пользу государства от обнаруженных у него около 50 000 евро наличными, а также украшений Bvlgari, ноутбука, мобильного телефона и смарт-часов Apple.
Помогавший Федишину в наркобизнесе 23-летний Денис Хульцев получил восемь лет реального лишения свободы. Из имущества у него удалось конфисковать лишь мобильный телефон Apple.
Оружие, военная техника и редкие предметы
Каким образом ценные вещи попадают в распоряжение государства и что чаще всего выставляют на аукцион?
Эксперт по развитию службы экономического управления Элерин Урбалу, отмечает, что в полиции они оказываются по разным причинам.
«Это могут быть находки, владельцев которых так и не удалось установить, изъятые в ходе производства предметы, рассматриваемые в качестве вещественных доказательств, а также конфискованное имущество, например, ценности, полученные преступным образом, – перечисляет она. – Путь имущества до аукциона может быть довольно долгим. Сначала предмет изымают или арестовывают, при необходимости направляют на экспертизу, а затем он остается на складе до завершения дела и решения суда. И только когда появляется законное основание для отчуждения, имущество можно выставлять на продажу».
Если суд принимает решение о конфискации, то специалисты оценивают стоимость предметов и определяют, можно ли использовать изъятое в каких-либо общественно полезных целях или же следует продать.
«Если стоимость конфиската – менее 30 000 евро, решение принимает комиссия Департамента полиции и погранохраны по оценке и отчуждению арестованного имущества, – говорит Элерин Урбалу. – Если стоимость превышает эту сумму, вердикт выносит Министерство внутренних дел».
И только когда все необходимые процедуры пройдены, имущество отправляется на публичные торги.
«Самые необычные конфискованные вещи до аукциона иногда вообще не доходят. Предметы, имеющие историческую, культурную или образовательную ценность, мы передаем музеям, учебным и научным учреждениям, чтобы они приносили пользу всему обществу. Так, например, новое применение нашли многие виды оружия, военной техники и другие редкие предметы», – поясняет Урбалу.
Как уточняют в Департаменте полиции и погранохраны, далеко не все имущество, которое находится на хранении, можно показывать широкой аудитории. Если вещь еще фигурирует в производстве – например, ее рассматривают как возможное вещественное доказательство – до вступления решения суда в силу необходимо обеспечить ее сохранность в неизменном виде. Поэтому такие предметы упаковывают и содержат так, чтобы исключить их использование или перемещение, а доступ к ним возможен только с разрешения ведущего производство лица, прокуратуры или суда.
Фотографировать и показывать изъятое публике можно лишь после того, как появится правовое основание для его отчуждения и имущество начинают готовить к продаже или передаче.
Цена вопроса
В прошлом году Департамент полиции и погранохраны выручил на аукционах 316 930,20 евро.
«Однако эта сумма из года в год может заметно меняться: все зависит от того, какое имущество было изъято и когда по соответствующим производствам были вынесены решения», – отмечает Элерин Урбалу.
Выручка не остается в распоряжении департамента: полученные деньги через Министерство финансов перечисляют в государственную казну.
Согласно закону, государственное имущество нельзя отчуждать дешевле его обычной стоимости. Поэтому перед продажей арестованных и конфискованных вещей полиция определяет их предполагаемую рыночную цену и не может произвольно занижать стартовую стоимость. Если покупатель не находится, торги проводят повторно, постепенно корректируя цену с учетом спроса.
Как поясняет Элерин Урбалу, судьбу каждого предмета решают отдельно. Прежде всего оценивают, не принесет ли вещь больше пользы, если передать ее государственному, образовательному или научному учреждению либо другой организации, работающей в общественных интересах. В последние годы конфискаты все чаще стараются направлять именно на полезные цели. Такой подход поддерживает и Директива ЕС 2024/1260, касающаяся выявления и конфискации преступных доходов.
Решение принимает комиссия, в которую входят специалисты разного профиля. При необходимости они консультируются и с внешними экспертами.
«Например, оборудование для освещения, использовавшееся при выращивании каннабиса, можно было бы выставить на аукцион, – объясняет представитель полиции. – Однако поскольку мы не можем оценить, с какой целью новый владелец будет его использовать, мы предпочитаем передавать такое оборудование научным или образовательным ведомствам. Наши хорошие партнеры – Силы обороны, Спасательный департамент, Центр знаний сельского хозяйства и продовольствия, садоводческие школы, Таллиннский ботанический сад и Таллиннский зоопарк – они помогают найти предметам новое и полезное применение. Кроме того, мы передавали конфискованные автомобили, инструменты и другую технику Спасательному департаменту и Академии внутренней безопасности для обучения и тренировок».
Если имущество нельзя ни использовать в государственном секторе, ни продать, его в крайнем случае уничтожают. Однако, подчеркивает Урбалу, задача заключается в том, чтобы как можно больше таких вещей получали вторую жизнь.
Торг уместен
Сейчас среди лотов можно найти немного золота, хоккейные коньки и транспортные средства. Самый дорогой из них – автомобиль с начальной ценой 47 200 евро. Вещи выставляют на продажу на платформе Osta.ee.
Ассортимент постоянно меняется: новые лоты, как правило, появляются каждую неделю. На платформе можно также настроить уведомления о новых предложениях.
По словам Урбалу, интерес покупателей во многом зависит от того, что именно попадает на торги. Наибольшее внимание обычно привлекают автомобили, драгоценные металлы, ювелирные изделия, драгоценные камни, дорогие часы и другие вещи, рыночную стоимость которых сравнительно легко определить.
На интерес покупателей нередко влияет и внимание СМИ. Если на аукцион попадает необычный лот, число просмотров и участников заметно возрастает. По словам Урбалу, полиция готова рассказывать журналистам о самых примечательных предложениях, чтобы о них узнало как можно больше желающих.
При этом заранее предсказать успех конкретного лота практически невозможно. Иногда предметом всерьез интересуется всего один человек, а за другой готовы бороться десятки покупателей. Некоторые объявления набирают тысячи просмотров и привлекают сотни заинтересованных.
Бывает и наоборот: весьма специфическая вещь быстро находит нового владельца, а привлекательный на первый взгляд лот может долго оставаться без покупателя. В конечном счете все решает реальный спрос.
«На публичных аукционах все участники находятся в равных условиях, – отмечают в полиции, – и могут участвовать все желающие – как в Эстонии, так и из-за рубежа».
Имеет ли право прежний владелец выкупить свою вещь обратно?
«Это возможно, и такие случаи действительно были, – вспоминает Элерин Урбалу. – Несколько лет назад один из владельцев конфискованного имущества очень интересовался тем, когда оно появится в продаже. Он неоднократно звонил и спрашивал о сроках. Однако, как и всех остальных заинтересованных лиц, мы направляли его на публичную аукционную платформу, где он мог бы следить за объявлениями. Позже выяснилось, что он попросил знакомого сделать ставку от его имени, однако тот пропустил аукцион, и предмет купил кто-то другой. После этого бывший хозяин вещей неоднократно связывался с сотрудниками полиции, выражая свое недовольство».
От бриллиантов до электростанции
Элерин Урбалу вспоминает лоты, которые за последние годы особенно запомнились – необычным происхождением, масштабом или тем, как проходила их продажа.
Одним из самых оригинальных стал битум – сотни тонн продукта переработки нефти. По словам Урбалу, такой товар удивил даже самих сотрудников полиции.
Автомобили, ювелирные изделия или золото за годы уже стали привычным товаром на аукционах, а вот продажа битума оказалась настоящим вызовом – одновременно неожиданным и логистически сложным проектом.
«Мы должны были изучить рынок и использовать совершенно иной подход, – рассказывает Урбалу. – Через Министерство климата сообщили всей эстонской отрасли дорожного строительства и обслуживания дорог о предстоящем аукционе, однако возможность приобрести такое спе-цифическое количество битума была интересна далеко не всем компаниям».
На второе место среди самых необычных лотов сотрудники полиции поставили бы солнечную электростанцию, которую вскоре планируют выставить на продажу. По словам Урбалу, конфискация такого имущества и поиск для него нового владельца – далеко не повседневная практика и заметно отличается от привычных аукционных процедур.
«Третье место, вероятно, разделили бы различные драгоценные камни, дорогие часы и ювелирные изделия. И не столько из-за их стоимости, сколько из-за того, насколько непредсказуемо может проходить аукцион, – рассказывает Урбалу. – Иногда на продажу попадает предмет, который на первый взгляд не выглядит особенным или, наоборот, имеет довольно необычный внешний вид. А затем мы с интересом наблюдаем, как возникает большой ажиотаж и цена возрастает в несколько раз».
Она отмечает: «Такие случаи напоминают, что ценность вещи во многом зависит от того, кто ее рассматривает. Неприметный на первый взгляд предмет может привлечь искушенных коллекционеров, тогда как вещь, кажущаяся дорогой и привлекательной, порой долго не находит покупателя».
Именно эта непредсказуемость, по ее словам, делает торги интересными даже для сотрудников, которые занимаются ими каждый день.
«Например, мы продавали мужские часы Breguet с начальной ценой 7000 евро. Благодаря активным торгам цена выросла до 14 000 евро», – вспоминает представитель полиции.
Бывают среди лотов и бриллианты.
«Например, однажды начальная цена бриллианта грушевидной огранки весом 0,45 карата составляла 500 евро, а бриллианта весом 1,02 карата – 1500 евро. На первом аукционе покупателей они не нашли. На повторном – начальная цена меньшего бриллианта была снижена до 400 евро, и он был продан за 585 евро. Начальную цену большего бриллианта снизили до 1200 евро и продали именно за эту сумму», – рассказывает Урбалу.
При этом, подчеркивает она, сотрудники запоминают не только вещи, ушедшие с молотка. Не меньшее значение имеют предметы, которые передают музеям, Спасательному департаменту, Академии внутренней безопасности и другим учреждениям. Если конфискованное имущество удается использовать для защиты жизни и здоровья, образования или культуры, в полиции считают это не меньшим успехом, чем продажа.
Компьютеры и гаджеты
Телефоны, ноутбуки и другие электронные устройства тоже могут оказаться на торгах. Но прежде, чем техника попадет к новому владельцу, необходимо убедиться, что вместе с ней не уйдут чужие фотографии, переписка, документы и другая личная информация.
«Защита персональных данных – одно из важнейших требований при продаже электроники, – подчеркивает Урбалу. – На аукцион отправляют только ту технику, с которой полностью удалили личные сведения, либо – новые и неиспользованные устройства. А если безопасно очистить электронику невозможно или нет уверенности, что информацию удалили надлежащим образом, такую технику на аукцион не выставляют».
