Согласно международному исследованию, жители Эстонии декларируют экологичный образ жизни и осознанный потребительский выбор, однако на практике эти установки часто не реализуются, пишет BNS.
С одной стороны, людям сложно принимать решения, благоприятные для окружающей среды. С другой — в Эстонии, по сравнению с семью другими странами, зафиксирована самая высокая доля респондентов (58%), которые предпочитают экологичные товары, но не готовы платить за них больше.
Международная исследовательская компания Ipsos по заказу Orkla Group вновь провела опрос в семи европейских странах, чтобы выяснить отношение людей к экологичному образу жизни и проанализировать реальные модели поведения. Результаты показали: хотя жители Эстонии меньше других обеспокоены климатическими изменениями, их волнуют более близкие темы — состояние лесов, утилизация отходов, чрезмерное потребление и избыточная упаковка. Однако реальные привычки и образ жизни этим убеждениям часто не соответствуют.
«Главный вывод исследования заключается в том, что в Эстонии наблюдается самый большой разрыв между тем, какими мы себя считаем, и тем, как мы ведём себя в действительности, — прокомментировал глава Orkla Eesti Кайдо Кааре. — Мы считаем себя любителями природы, хотим видеть планету чистой, а людей — здоровыми, но при этом заказываем новую одежду в дешевых азиатских интернет-магазинах, ездим за покупками на личном автомобиле, выбираем самые дешёвые товары в минимальной упаковке и оправдываемся тем, что экологичный выбор слишком сложен». По словам Кааре, этот несколько утрированный пример отражает повседневные решения многих жителей страны.
Исследование также показало, что жителей Эстонии больше, чем в среднем по другим странам, волнуют проблемы чрезмерного потребления, утилизации отходов, вырубки лесов, избыточной упаковки, будущих источников продовольствия и качества питьевой воды. При этом их меньше беспокоят изменение климата, утрата биоразнообразия, природные катастрофы и загрязнение океанов пластиком.
В повседневном поведении эти тревоги отходят на второй план: по сравнению со средними показателями, жители Эстонии реже сокращают пищевые отходы и сортируют мусор, а также уступают в других практиках бережливого потребления — например, в использовании сменных упаковок или выборе экологичных товаров. При покупке продуктов питания, помимо вкуса и цены, для них важны происхождение и пищевая ценность, тогда как влияние на климат почти не учитывается.
После презентации исследования его итоги под руководством Кристо Элиаса обсудили эксперты — руководитель отдела зелёных реформ Министерства климата Эйли Лепик, специалист по экомаркетингу и инициатор всемирной уборки Аннели Охвриль, эколог Тартуского университета Марко Мяги и глава Orkla Eesti Кайдо Кааре. Каждый из них предложил свои идеи о том, как превратить благие намерения в реальные действия.
Марко Мяги отметил, что виды, не способные приспособиться к среде, вымирают.
«Мы должны адаптироваться. Не стоит думать, что один человек ничего не может изменить. Сегодня мы живём не в маленькой деревне, а в глобальной, но у каждого есть круг общения — около 150 человек, на которых мы можем повлиять разговором и собственным примером».
Эйли Лепик добавила, что в регулировании важно избегать «зелёного безумия», поскольку оно вызывает отторжение даже при благих целях.
«Как чиновники, мы должны говорить об экологии и климате менее техническим языком, связывать эти темы с благополучием людей и повседневной жизнью, а также показывать их связь с экономикой и безопасностью».
Аннели Охвриль подчеркнула, что разговоры об устойчивом развитии нередко вызывают сопротивление.
«Гораздо эффективнее формировать представление о том, что экологичность — это нормальный образ жизни, и выстраивать систему так, чтобы осознанное отношение к природе было простым, удобным, приносило радость и не вызывало неприязни».
Кайдо Кааре, в свою очередь, признал, что в Европе сфера устойчивого развития настолько зарегулирована, что даже компаниям приходится разбираться в требованиях с помощью юристов.
«Для обычных людей директивы, написанные чиновничьим языком, остаются далёкими и непонятными, поэтому они не готовы оплачивать действия, связанные с их выполнением».
