«Очень нужно провести интернет»
В вестибюле висит школьная доска с написанными на ней маркером числительными: этим утром сирийские беженцы осваивали счет. Сюда, как и во многие другие общежития, приходят волонтеры и обучают беженцев азам немецкого. А первое слово, которое в этом общежитие знают и с удовольствием все время к месту и не к месту произносят все – это благодарное «Данке!».
Положенные от государства интеграционные курсы начинаются только после того, как соискателю официально присваивают статус беженца. Но этот процесс может длится годами, а объяснятся в булочной, аптеке или с чиновниками нужно уже сегодня.
Ян Шебаум легко договаривается обо всем со своими жильцами без слов – жестами. Или школьным английским, которым худо-бедно владеют многие. «Ведь это вполне образованные люди, — объясняет директор общежития. – Среди «моих» есть фармацевт, есть стоматолог, журналист, системный администратор. Трагедия в том, что из Сирии уезжает средний класс».
Пока же беженцы могут обращаться со своими вопросами к соцработникам, которые говорят на разных языках, в том числе и на арабском. Их кабинет находится на первом этаже.
Соцработник в Германии – это специальность, которую нужно получать в университете. Такой работник должен изучить педагогику, психологию и основы юриспруденции, чтобы и разрешить бытовые проблемы жильцов, и организовать им все, что положено от государства, например, пособия, страховки или места для детей в детском саду.
Кухни в здании нет, но она пока и не нужна. Без первичной регистрации соискателю на статус беженца не положено соцпособие, а значит, на питание денег все равно не выдают. Готовые завтрак, обед и ужин сюда привозит кейтеринговая компания – деньги на это выделяются из земельного бюджета.
«С этой недели поставщик еды у нас новый, — уточняет директор учреждения. – Первая фирма, которую прислал ландесамт (ведомство земельного правительства), мне не понравилась. Привозили, например, какие-то непонятные жареные сосиски, я только ходил и убеждал людей, что они куриные, а не свиные.
И потом, эти обеды были просто невкусными. Я беженцам говорил: ребят, потерпите, со следующей недели будет нормальная еда. А они меня успокаивали: не беспокойтесь, нам все нравится! Зато теперь я их кормлю отлично, будете с нами обедать?».
Как раз привезли горячее. (Завтрак и ужин холодные, традиционные европейские булочки, утром – с джемом и сыром, вечером – с сыром и чем-нибудь мясным).
«Я потихоньку завоевал их доверие, — смеется Шебаум. – Если говорю, это не свинина – верят на слово».
В одной кастрюле – тушеное мелкими кусочками мясо, в другой – булгур с овощами. И все это действительно пахнет очень вкусно. На столе рядом – корзина с берлинскими булочками «шриппами», огромная гора яблок, коробки с детским питанием, бутылки с питьевой водой. В углу – кофемашина. Женщина в мусульманском платке пытается с ней разобраться, немецкая сотрудница подсказывает ей, что вкуснее всего – капучино. Еще есть сладости для детей, их привозят дарители.
Столовой в здании тоже нет, но она и не нужна. Беженцы знают, в какое время привозят еду и забирают свои порции в одноразовых пластиковых тарелках в комнаты.
Следующее, что нужно организовать, говорит Шебаум, это провести беспроводной интернет и поставить в подвал промышленные стиральные машины — чтобы выдерживали по многу закладок в день.
Пока что и казенное постельное белье, и личные вещи беженцев забирает прачечная, с которой директор заключил договор. Приготовленные к стирке мешки как раз стоят у выхода.
За военным конфликтом в Сирии обыватели ежедневно следят по телевизору. Но мало кто из европейцев знает что-то о повседневной жизни сирийцев. Ян Шебаум имеет с ними дело каждый день. Говорит, что с точки зрения криминальных наклонностей опасаться нечего, сирийцы, в отличие от беженцев из Северной Африки, никаких проблем не создают.
— Это тонкие, образованные и открытые миру люди, которые ничего общего не имеют с мусульманскими фундаменталистами. Большинство из них мусульмане, но они толерантные, не зашоренные и понимают, что существуют другие страны, другие религии и культуры. Они, кстати, очень любят свою страну и говорят: если бы не война, мы бы не уехали. И еще сирийцы – веселый жизнерадостный народ с отличным чувством юмора.
