Пробел в системе?
Мария считает: именно потому, что им соцработники не объяснили детально, что к чему, и было потеряно столько времени и нервов.
«Ведь если бы Ирине был вовремя назначен опекун, то этого бы не случилось. Но соцработники отказались подавать заявление в суд на опеку, суд тоже не начал самостоятельно делопроизводство, и в итоге мы сами подали заявление в суд. Но так как Ирина ни с кем из родных не общалась, то и опеку никто из родных не мог взять. Стоял вопрос – кто будет опекуном? Прописана она была в Таллинне, но фактически проживала последнее время в Кохтла-Ярве. И ни один из городов не хотел брать на себя опеку», – описывает сложную ситуацию Мария.
На принудительном лечении Ирина находилась больше 4 месяцев. По словам лечащего врача, она еще долго не понимала, что родила, что у нее есть дети.
«В апреле у нее появился парень в Таллинне. Познакомилась она с ним в больнице, и он стал ее навещать. Доктор, которая хотела изначально подавать на продление принудительного лечения, в мае выписала ее, обосновывая это тем, что Ирина стала спокойная, согласна принимать лечение и противозачаточные таблетки, и согласна с тем, что детей рожать ей больше не надо», – рассказывает Мария.
По ее словам, доктор провела беседу и с парнем, сказала, что Ирина должна приходить раз в месяц в назначенное время на укол. Парень якобы все понял, пообещал, что они будут предохраняться, оставил свои контакты.
«Ирина переехала к нему. Затем пришло решение суда, ей назначили опекуна – город Кохтла-Ярве, временно, на полгода. После назначения опекунства соцработник перестала с нами разговаривать. Когда мама звонила ей, то та отвечала ей, что не обязана предоставлять какую-либо информацию, Ирина теперь живет в Таллинне», – рассказывает Мария.
Прошло уже полгода, и женщина считает, что соцработники все это время просто сидели и ждали, когда опека перейдет Таллинну.
«Никто ею не интересовался, и только когда я стала угрожать, что напишу жалобу в Министерство социальных дел, они ей позвонили и узнали, как дела, – возмущается Мария. – Больной человек вновь был брошен на произвол судьбы. Парень ее не понимает проблему до конца, возмущается, зачем ей вообще нужна опека. Да, сейчас она стала спокойнее, возможно пропали бред и галлюцинации, но это только благодаря лекарствам, они заглушили эти симптомы. Она по-прежнему рассеянна, невнимательна и заторможена, особенно под действием уколов».
Сестра боится, что в какой-то момент Ирина вновь перестанет принимать лекарства, снова пропадет и опять будет жить как бомж.
«В сентябре они поженились, у ребенка будет официальный отец, но все равно основное воспитание и уход за ребенком лежит на плечах матери. Ведь пока отец на работе, ухаживать за детьми и воспитывать их должна Ирина!» – подчеркивает сестра.
Она добавляет, что это ненормально, когда психически больной человек рожает четвертого ребенка за два года.
«То есть сразу же, как Ирину выписали в мае, они зачали ребенка. Где же были социальные службы? Только деньги получали? Даже лечащему врачу Ирина о беременности ничего не сказала, хотя ей колют нейролептик, который может спровоцировать у ребенка отклонения и пороки развития», – поражается Мария.
Она писала жалобу на действия соцработников и в Кохтла-Ярве, и в управу Ида-Вирумаа. Получила ответ – в действиях города Кохтла-Ярве недочетов нет.
«Якобы они должны только следить за ее здоровьем, а стерилизовать ее не обязаны, не имеют права. Они говорят, что дееспособность Ирины не ограничена, они лишь временные опекуны и такие вопросы решать не могут», – возмущается сестра.
Все под контролем?
Неужели получается, что в нашем э-государстве, если нездоровый человек переезжает в другой город, за ним никто не следит? Чиновники столицы ответили, что они в курсе ситуации и наблюдают за семьей.
Соцработники из Кохтла-Ярве также сообщили, что они сейчас ничего предпринять не могут – суд в ноябре должен продлить или не продлить опеку.
«Мы контролируем ситуацию, сейчас с женщиной все в порядке, она ходит на лечение», – отметили соцработники. Малышей, по их словам, уже усыновили.
Юрист Данил Липатов из Progressor Õigusbüroo отмечает, что контроль над тем, как осуществляется опека, производит суд.
«И если родственники недовольны теми или иными действиями опекуна, то они могут подать заявление в суд с целью произвести контроль за действиями опекуна, – добавляет юрист. – Это неисковое производство, расходы там минимальны, и такое заявление могут подать любые лица, имеющие оправданный интерес к данному делу».
Что же касается опекунства, то юрист подчеркивает: у временных опекунов – такие же обязанности, как и у постоянных.
