Короткое просветление
Так как врач из Таллиннской психиатрической больницы сумел на Ирину как-то воздействовать, более полугода она ходила к психиатру на уколы раз в месяц.
«Тогда симптомы немного стихли, но полностью не прошли. Она перестала нести бред, встала на биржу, ходила на практику в магазин, следила за собой, и даже красилась и покупала хорошую одежду. В этот момент Ирина познакомилась с молодым человеком, и так как у нее была навязчивая идея о семье, муже и ребенке, она стала с ним жить», – рассказывает сестра.
Мария отмечает, что молодой человек был наркоманом, который находился на метадоновом лечении.
«Ирина забеременела, лекарства принимать перестала, ушла от отца ребенка, стала скрываться, не отвечала на звонки, дверь в съёмной квартире тоже не открывала, – описывает ситуацию Мария. – Только к концу беременности Ирина стала иногда приходить к маме и к отцу ребенка – за едой, деньгами и помыться».
Женщина с ужасом вспоминает, как в конце беременности сестра стала говорить, что ребенок не шевелится,
что там, наверное, никого нет, что в животе пусто, и нет вовсе никакого ребенка, и вообще там просто кусок мяса.
«Было очень страшно, и мы не знали, что делать. Обращались в полицию и к соцработникам, но нам говорили лишь одно: она дееспособна и может делать все, что хочет. Никто ее не может заставить лечиться, а с ребенком и проблемами будут разбираться по мере их поступления», – рассказывает Мария.
Вскоре пришел срок, и их маме позвонили из роддома, попросили прийти. Оказывается, Ирина поступила в больницу на скорой, но отказывалась рожать. Возникла угроза для жизни ребенка. Вызвали полицию, ее уговаривали остаться и родить. С трудом, но удалось.
