Женская сборная Эстонии по фехтованию на шпагах (Катрина Лехис, Юлия Беляева, Ирина Эмбрих, Вероника Зуйкова) в конце июля завоевала серебряные медали на чемпионате мира в Гонконге, в финале всего одно очко уступив итальянкам. Примечательно, что Эмбрих завоевала эту награду в составе национальной команды в 46 лет! Ирина Эмбрих рассказала «МК-Эстонии», как успешно фехтовать на топ-уровне.
Денис Пастухов, info@mke.ee
Мы встречаемся в спорткомплексе «Сыле» в столичном районе Пыхья-Таллинн, где Ирина проводит тренировки возглавляемого ею клуба. Ветеран эстонского фехтования даёт последние установки своим подопечным, и мы присаживаемся для беседы.
– Давайте сначала поговорим о чемпионате мира. В одном из интервью Николай Новосёлов, наставник женской сборной, сказал, что медаль – это отлично, но серебро, по его мнению, с горчинкой – всё-таки лишь один укол до золота. А как вы оцениваете результат?
– Я считаю, что это очень-очень хороший результат, если учесть, что в последний раз – даже как-то не думала об этом – у нас с чемпионата мира была медаль в 2017 году, девять лет назад.
После этого, в 2021-м, была победная Олимпиада, но больше мы как команда на подиум не поднимались, хотя и выигрывали этапы Кубка мира несколько раз, и в тройках призёров были.
Так что в Гонконге мы выступили очень достойно, по-спортивному замечательно!
– Перед гонконгскими соревнованиями было какое-то чувство, что «вот в этот раз мы сможем»?
– Никогда заранее не знаешь, как всё сложится. После чемпионата Европы у нас осталась опустошённость: хотя мы были в хорошей форме и много готовились, проигрыш Украине в матче за выход в четвертьфинал лишил нас шансов на медали. Это поражение было настолько обидным, что было трудно собраться и поверить в успешное выступление на чемпионате мира.
Частые неудачи на титульных стартах подрывают веру. Но мы продолжали тренироваться и надеялись, что в командном турнире после неудачного личного старта сможем показать свою силу.
– Да, действительно, в индивидуальных стартах за медали побороться не удалось. А много ли сил и эмоций отбирает индивидуальный турнир?
– Именно на этом чемпионате мира были очень длинные паузы между стартами. Юля (Беляева – прим.ред.) вообще в основную сетку не попала, закончила дней за пять до командного турнира. И надо было не перегореть, а наоборот – постоянно себя мотивировать, настраивать, готовить к этому старту, к самому, получается, важному в сезоне.
Длинная подготовка утомляет – это психологически сложно.
– Какой спарринг по пути к серебру выделите?
– Все бои были очень эмоциональные, напряжённые. Даже когда мы выходили вперёд и потом всё время отрыв увеличивали, не было чувства спокойствия. Даже, например, когда вели в 15 уколов с Канадой.
Был страх, что всё может перевернуться. Так в фехтовании часто бывает. Один кто-то занервничал, в другом бою пару-тройку уколов отдал – и всё, преимущество может очень быстро сократиться.
Большой Будда интереснее небоскрёбов
– ЧМ в Гонконге проводили впервые. Какие впечатления остались?
– Очень хорошая была организация! И зал замечательный. В расписании был один только сбой, когда мы фехтовали в финальном бою – он задержался почти на час, и это, возможно, помешало: размялись рано, потом сидели и ждали. Мы даже опоздали на самолёт из-за этого.
– Публика эмоциональная в Гонконге? Были ли болельщики из Эстонии?
– Из Эстонии было два человека, я думаю. Они, правда, случайно оказались в Гонконге, то есть не специально приехали. Но они – да, болели, кричали. А так публика приветливая, всё было достойно.
– Удалось ли посетить город, ознакомиться с достопримечательностями?
– Чуть-чуть. В первые дни, когда была хорошая погода, мы больше времени уделяли тренировкам и подготовке к личным соревнованиям, поэтому буквально пару достопримечательностей посетили, а потом пошли дожди.
– Из того, что успели увидеть, что-то впечатлило? Например, небоскрёбы знаменитые…
– Небоскрёбы мы видели и в других странах. В Гонконге поднимались на фуникулёре к Будде. Очень красивый вид на город прямо во время самого подъёма и с горы. Такая природа мне очень понравилась: зелёное всё, яркое. Опять же, период дождей был, всё цветёт.
Гонконг – он был под Англией долгое время. Там и движение, как в Англии, левостороннее. Там люди говорят по-английски. И меню на английском есть. Плюс еда очень разнообразная: и европейская есть, и азиатская. В общем, такой микс, можно найти что душе угодно и поесть с удовольствием. Большое отличие от Китая, куда мы иногда приезжаем, где никто ничего не понимает и еда тоже «очень местная», слишком однообразная для нас. В Гонконге в этом плане вообще проблем не было.
– Но, насколько я понимаю, совмещать спорт с туризмом не слишком удаётся?
– Естественно. Когда ты соревнуешься, не всегда есть огромное желание куда-то бегать и тратить свою энергию.
К фехтованию через гимнастику
– Расскажите о вашем пути в фехтовании. Это ведь не первый ваш вид спорта?
– Изначально была спортивная гимнастика. Меня ещё в детском саду отобрали, когда тренеры приходили в группы и сказали, что по своим данным девочка подходит: «Можете привести». Вот мама меня и отвела на спортивную гимнастику.
Но я там недолго прозанималась, мне очень не нравилось – всё-таки это жёсткий спорт.
Потом меня мама перевела уже на художественную гимнастику, там я задержалась подольше – до 12, наверное, лет. Но дополнительно начала заниматься фехтованием, когда мне было восемь лет. В своей же школе, в которой училась, пошла в секцию фехтования. Тренер набирал детишек и в этой же школе организовал фехтовальный кружок, раньше называли так. Так что я параллельно занималась и гимнастикой, и фехтованием.
Но окончательный выбор пал на фехтование, потому что я – левша, очень «односторонняя» левша, то есть правая сторона у меня не очень развита в плане гибкости. Тренер же по фехтованию сказал, что видит во мне потенциал, я и осталась.
– Фехтование – ваша любовь с первого взгляда?
– Сам тренировочный процесс мне понравился с первого же занятия, поэтому я и задержалась. Меня привлекало, что фехтование – единоборство, но при этом у нас было много игровых тренировок. К тому же мне действительно повезло и с компанией, и с тренером. Видимо, все сложилось.
– Девочки были отдельно?
– У нас были все вместе, как и сейчас (показывает на фехтующих совместно учеников и учениц). На соревнованиях, понятно, это две разные дисциплины, а на тренировке вне зависимости от гендерной принадлежности можно найти себе хороший спарринг.
– А как звали вашего первого тренера?
– Самуил Каминский. Он сейчас в Норвегии. Какой-то период, уже когда он жил там, я с ним ещё работала – ездила туда, мы тренировались, а он приезжал на соревнования. Года 3–4 было так. Но потом мне стало сложно дополнительно находить время и улетать на неделю или чуть больше от семьи, чтобы ещё и в Норвегии тренироваться.
– Сейчас у вас нет персонального тренера?
– Есть человек, спарринг-партнёр, с которым я работаю и который мне помогает. Без индивидуальных тренировок очень сложно держать форму.
Техника, тактика и опыт
– Когда стало понятно, что фехтование может стать вашей профессией?
– Когда появились медали с титульных соревнований, уже во взрослом возрасте. Мне было 22 года, и мы в первый раз выиграли медаль на взрослом чемпионате мира в команде. Тогда нам стали платить стипендию и так далее, поэтому стало больше времени и возможностей, чтобы более серьёзно заниматься и относиться к фехтованию.
Профессиональный спорт – это ведь когда тебе деньги за это платят. Но и когда мы были молодыми, нам оплачивали поездки, это тоже в какой-то мере финансовое вложение со стороны государства, клубов и организаций. Поэтому можно сказать, что я уже с юниорского возраста, так как попадала в сборную Эстонии, была полупрофессионалом.
– А какая ситуация сейчас?
– Тех, кто завоёвывает медали и у кого есть поддержка Олимпийского комитета, можно назвать профессионалами. Потому что они уделяют фехтованию очень много времени и ставят цели: побеждать на чемпионатах мира, Олимпиадах. Для этого невозможно заниматься два раза в неделю, это регулярные тренировки, лагеря, соревнования, когда начинается сезон.
– Так или иначе, но надо постоянно держать себя в спортивной форме?
– Обязательно. Невозможно месяц вообще ничего не делать, а потом взять шпагу и зафехтовать. Нагрузка будет на спину, на колени, на всё. Если мышцы не тренированы, могут сразу быть и травмы, это тоже опасно.
– Вы – ветеран эстонского спорта. Как в таком возрасте сохранять мотивацию и спортивную форму? Намного ли это сложнее, чем, допустим, 10, а то и 20 лет назад?
– Есть свои плюсы и свои минусы. Восстанавливаться сложнее, но за счёт техники, тактики и опыта можно фехтовать на хорошем уровне и составлять конкуренцию молодым. То есть раньше, когда была помоложе, надо было тренироваться больше, потому что надо было развиваться. Сейчас надо просто, грубо говоря, выходить на пик формы к определённым соревнованиям. Это уже немножко другая работа.
– Ну и медали, наверное, мотивируют?
– Естественно, мотивируют и медали, и то, что у нас хорошая, сильная команда. Как бы двойной шанс на соревнованиях: если в личных не очень удачно выступаешь, то понимаешь, что есть ещё и командные.
Шпага, сабля или рапира?
– Эстонское фехтование уже много лет на хорошем счету. В чём основной успех, как вы считаете?
– Наверное, в том, что при смене поколений всё равно получается найти и воспитать спортсменов, которые могут заменить уходящих – потихонечку втянуться и начать фехтовать на мировом уровне. Также у нас хорошие тренеры, которые мотивированы, заинтересованы и тратят своё личное время, чтобы поднять спортсмена на высокий уровень.
Это – достаточно сложная работа: надо ездить на соревнования, выводить ребят на сборы, искать спарринг – всё это, подчеркну, уже вне рабочего тренерского времени.
– Эстония развивает только шпагу: спортсмены не распыляются по остальным видам оружия – сабле и рапире. Это тоже даёт нашей стране определённое преимущество?
– Я, кстати, изначально начинала заниматься на рапире, когда была маленькая. Тогда ещё у нас развивались и рапира, и сабля, это был 88–89-й год. После 90-го года, когда активно стала развиваться шпага, наша федерация действительно приняла решение, можно сказать, закрыть другие два вида и сконцентрироваться на шпаге, которая была для женщин новым и достаточно перспективным видом.
Девочки сразу же хорошо зафехтовали на шпаге – и процесс пошёл. Значит, это было правильно. Были шпажные тренеры, были и спортсмены, которых можно было на шпагу быстренько переучить, при этом они уже очень хорошо фехтовали.
– А саблю вы пробовали?
– Да, пробовала, но очень всё было непонятно. Совсем другая техника и скорости другие. Ты пока там что-то соображаешь, тебя уже… Мне было абсолютно невозможно пере-учиться.
– А был ли приток детей в фехтование в Эстонии после громких побед? Моя супруга – родом из Гонконга, где вы недавно побывали, и там, рассказала она, после двух золотых медалей в фехтовании на ОИ‑2024 случился настоящий бум.
– В Эстонии тоже так было, это 100%. Не такой, наверное, бум, как в Гонконге, но у нас и численность населения всё-таки поменьше. Но явно стали больше заниматься фехтованием, появился интерес, родители начали получать больше информации.
Ведь фехтование для многих – специфический вид спорта. Некоторые боятся, что там могут убить, проткнуть глаз или куда ещё там колют. То есть считают, что это рискованно, но на самом деле при правильном соблюдении техники безопасности фехтование не представляет опасности.
– Если говорить о детях, то с какого возраста вы рекомендуете начинать занятия фехтованием? И как понять, подходит ли ребёнку этот вид спорта?
– Мы сейчас берём детей с семи лет. Подходит или не подходит – сложно сказать. Бывает, что вначале у ребёнка хорошо получается, а потом идёт период подростковый… Много факторов, которые влияют. Например, ребёнок банально начинает очень быстро расти, и у него теряется координация. Ему сложно объяснить, что этот период надо прожить, поработать над техникой, и фехтование опять пойдёт в гору. В такие периоды дети часто бросают.
– Также в своё время вы оканчивали Таллиннский технический университет по специальности «химия». Как-то применяете эти знания?
– Нет, не применяю, но довольна, что у меня был этот период в жизни, когда я смогла отучиться и получить определённый багаж знаний. В любом случае – развивает.
Ловкие кореянки и опытные итальянки
– Кто ваши самые неудобные соперницы, а кто самые интересные, встречи с которыми вы особенно ждёте?
– Не могу сказать, что прямо жду встречи – тут как попадёт лотерея. Но есть очень сильные фехтовальщицы. Та же кореянка, которая выиграла чемпионат мира (Се Ра Сон – прим.ред.). Это такая соперница, с которой мне ну очень сложно, но мне нравится с ней фехтовать.
У Кореи вообще передвижение своеобразное – кореянки очень быстрые и при этом ещё и ловкие. Или итальянки, они и олимпийские чемпионки. Там все достаточно опытные фехтовальщицы, к ним очень сложно подобрать ключик.
– К эстонским фехтовальщицам, получается, тоже не каждый найдёт ключик. Кстати, а вы с сокомандницами общаетесь дружески вне соревнований, ходите ли друг к другу в гости, например?
– Больше ограничиваемся соревнованиями, лагерями. Много времени в любом случае проводим вместе. Общение, конечно, есть, но не так, чтобы в свободное время дружить, ходить в гости…
– Фехтовальщицы и фехтовальщики – они, наверное, больше индивидуалисты по своей природе?
– Все, можно так сказать, «звёзды» в какой-то мере, конечно, да.
– А есть ли у вас хобби? Как-то отвлекаетесь от фехтования?
– Нет таких хобби, которыми я б регулярно занималась, для этого нужно много времени. Но у меня есть собака породы лабрадор. Мне нравится гулять с собакой, и домашнее животное – тоже важная часть моей жизни.
Также я ходила на падел, для себя занималась, это сейчас популярно и немного похоже на фехтование – те же движения. Хотя падел относительно прост: мячик надо ударить, перебросить через сетку. Наверное, легче научиться, чем фехтованию.
