Вершина счастья
«Режиссура массовых зрелищ и представлений» – больше чем просто запись в дипломе. Это призвание Николая Швеца – именно массовые мероприятия. «Привлечь в одно место тысячи людей и поддерживать их интерес к происходящему в течение нескольких часов, а то и целого дня – это то, что мне действительно интересно», – признается Николай.
На его веку в таких мероприятиях тоже всякое бывало. Скажем, готовишься загодя к той же Масленице и не знаешь, будет в этот день минус 25 или плюс 5. А праздник ведь исключительно уличный.
Да и летом случались приключения. Однажды во время празднования Иванова дня артист вместе с аппаратурой провалился сквозь сцену. В другой раз, рассказывает Николай, электричество вырубилось, а значит, микрофоны и прочая техника не работают. И ты один на сцене, а перед тобой – несколько тысяч человек…
В такие моменты выручает то, что Швец, как он сам говорит, примеривая на себя поговорку, «и швец, и жнец, и на дуде игрец». То есть умеет многое, и в случае чего может сам сыграть или сплясать. Или прочитать басню на чистом украинском языке, знанием которого Николай как-то поразил земляков, когда побывал на малой родине, покинутой несколько десятилетий назад.
Родина навсегда осталась в сердце Николая. Как и в сердцах многих проживающих в Эстонии выходцев из Украины.
Украинская диаспора всегда была одной из самых крупных в Эстонии среди национальных меньшинств, и однажды Николай задумался: а что он может сделать для того, чтобы объединить, сплотить живущих в Эстонии соотечественников? И решил: пусть это будет Сорочинская ярмарка.
Глава города Георгий Быстров одобрил идею. Так с 2002 года в Маарду стала проводиться Сорочинская ярмарка с ярко выраженным украинским колоритом. Многие торговцы оформляли свои точки в украинском стиле, и сами одевались в украинские наряды. Разумеется, и в концертной программе, проходившей одновременно на двух сценах, акцент делался на украинской тематике. А за всем происходящим как бы наблюдал с огромного портрета у главной сцены Николай Васильевич Гоголь, благодаря которому ярмарка в селе Сорочинцы получила всемирную известность.
Маардуская Сорочинская ярмарка была известна не на весь мир, но и она привлекала тысячи не только местных людей. Николай Швец был счастлив, наблюдая это столпотворение. А вершиной счастья было видеть, как во время шествия рядом шли выходцы из западных, центральных, восточных областей Украины, а потом сидели за одним столом…
В 2012 году в Маарду приезжал представитель Книги рекордов Украины, чтобы объявить о том, что маардуская Сорочинская ярмарка внесена в это издание как единственная в мире, проводимая за пределами Украины. Он вручил Николаю Швецу соответствующий памятный знак.
А уже через два года, когда Украину накрыли трагические события, Швец решил, что надо переименовать предмет его гордости – до лучших времен. И предложил довольно безликое на фоне предыдущего название – «Осенняя карусель». Соответственно, и украинский колорит уже почти исчез…
Как же так можно?
А теперь и к проведению «Осенней карусели» основатель этой ярмарки не имеет отношения. Осенью 2018 года Николай Швец, руководитель проектов Маардуского центра культуры и информации, был уволен. Мэр Владимир Архипов объяснил это решение тем, что пять, пусть и крупных, мероприятий, которые проводил Николай Швец, – это слишком мало. Его обязанности распределены между другими сотрудниками, а сам он сокращен. Короче говоря – оптимизация.
Николай утверждает, что кроме тех пяти проектов он делал многое другое и вообще полагает, что настоящая причина его увольнения не та, которая объявлена официально.
Юрист прокомментировал бы данный случай профессионально, но и мы осмелимся предположить, что Николай Швец был уволен не вполне безупречно с точки зрения трудового законодательства. Хотя бы потому, что он не получил от работодателя предварительного уведомления о расторжении трудового договора. И потом, если работник уволен по сокращению, то, по идее, и его должность должна быть ликвидирована. А между тем позиция «руководитель проектов» по-прежнему указана в штатном расписании, ее занимает теперь другой человек.
Швец, однако, не стал затевать тяжбу – жалко на это время тратить, подписал все бумаги и ушел.
Но даже если не касаться правовой стороны, очевидно, что Николай был уволен некрасиво просто по-человечески. Мэр даже не счел нужным поговорить с ним, лишь поставил перед фактом устами непосредственного начальника Швеца.
Николай рассказывает об этом не с обидой, а скорее с недоумением: мол, как же так можно? Это же так естественно – пригласить, поговорить, объяснить насчет оптимизации. Тем более что они с Владимиром давние жители маленького города, естественно, хорошо знают друг друга лично.
Как много теплых слов Архипов и другие руководители города, представители общественности адресовали Николаю, когда его чествовали по случаю предыдущего, 65-летнего юбилея, завалили подарками (автор этих строк был тому свидетелем). Но прошло чуть больше года – и человек перед увольнением не удостоился даже прощального «спасибо» за все, что сделал для Маарду…
Все это убеждает Николая в том, что подлинная причина увольнения – его контакты с представителем непримиримой оппозиции, который мэру как кость в горле.
Впрочем, это уже история. Солидный юбилей Николай Швец встречает в хорошей творческой форме. Он бодро рассказывает, что и где провел, организовал. В Причудье, в Нарве…
Но при этом с трудом скрывает грусть: ему хочется работать для жителей бесконечно любимого города (который свою годовщину отмечает тоже 17 июля). Хочется былых масштабов, широты, размаха…
