Один телеканал попросил меня написать сюжет симуляционной задачи, участникам которой пришлось бы заниматься убедительным кризисом безопасности между Востоком и Западом, пишет в своей еженедельной колонке, которую публикует агентство BNS, журналист Эдвард Лукас.
Ряд сценариев включает знакомые балтийские кошмары. Все они начинаются с политических кризисов в стране (без сомнения поощрявшихся снаружи), приводящих к слабому, некомпетентному и непривлекательному правительству, в которое входит коррумпированная, популистская или пророссийская партия.
За потерей поддержки Запада следует фаза, позволяющая России возмутиться и, возможно, вмешаться. Согласно одному из сценариев, националисты-скинхеды начинают с виду безнаказанно нападать на местных русскоязычных жителей.
В другом сценарии те же самые (втайне, конечно же, пользующиеся поддержкой Кремля) экстремисты взрывают газовые, электрические и железнодорожные коммуникации в Литве и тем самым изолируют российский эксклав Калининград.
Вслед за этим Кремль требует присутствия наблюдателей или миротворцев, запускает пропагандистскую бурю и в конце концов появляются знакомые по Крыму печально известные «зеленые человечки», а для сдерживания НАТО используется ядерная угроза.
Я и раньше работал с подобными сценариями в рамках других проектов, причем столько, что могу писать их даже во сне. Но я больше не считаю их особенно реалистичными.
Главный вопрос каждого из этих сценариев — как скоро Запад поймет, что речь идет не просто о внутриполитических проблемах, а о российских провокациях?
Ответ почти в каждом случае заключается в том, что НАТО (и ЕС) будут в курсе происходящего и немедленно предпримут шаги по предупреждению действий Кремля посредством как локального вмешательства, так и давления на Москву.
Вкратце, сфабрикованные скандалы, наигранный гнев и быстрые оппортунистические ходы могли сработать 10 или 15 лет назад, но не сейчас. Агрессивная политика России по отношению к Балтийским странам повысила осведомленность окружающих об угрозе. Мы должны быть настороже, но не давать страху лишать нас присутствия духа.
Два других сценария показались мне заслуживающими большего внимания. Один касался Беларуси. Что бы сделал Запад, если бы в Минске началось восстание, с виду (или даже на самом деле) аналогичное Евромайдану в Киеве?
Встревоженные люди заявили бы, что любую поддержку этому процессу можно рассматривать как повтор сделанных в Украине ошибок. Это подпитало бы паранойю Кремля и стало бы предлогом для мести Балтийским странам по вопросам языка, гражданства и транзита.
Но неужели бы мы в самом деле остались сторонними наблюдателями и позволили убить проевропейских демонстрантов? И в какой мере нам следовало бы поддерживать автократический, квазинезависимый режим Лукашенко, если это приведет к противостоянию с Москвой?
Еще сложнее придумать, как Западу реагировать на политический кризис в Москве, который может привести к столкновению к Калининграде между, скажем, местными реформистами и сторонниками «твердой руки».
Что мы должны предпринять, чтобы в случае гражданской войны в России гарантировать безопасность ядерных боеголовок?
Я не уверен в ответах. Но я вижу, что Запад с проблем, вызванных предполагаемым взлетом России, переключается на проблемы, связанные с ее падением. Россия по-прежнему требует внимания, но она скорее надоедлива, чем опасна.
Как объясняется в важной новой книге «Russia and the new world disorder» («Россия и новый мировой беспорядок»), автором которой является ученый Chatham House Бобо Ло, внешнеполитические победы путинской России преимущественно являются провалами.
Она восстановила против себя Украину, встревожила другие страны постсоветского пространства, разбудила НАТО и заставила ЕС серьезно отнестись к энергетической безопасности. Союз с Китаем, о котором столько говорилось, является односторонним: приоритетом Пекина является модернизация, а не противостояние Западу. Россия, наоборот, пытается отвлечь внимание от своих неудачных попыток модернизации.
Это не должно отвлекать наше внимание.
