5 ноября от обширного инфаркта в Кохтла-Ярве скончался 50-летний Александр Милосердов. «Скорая», приехавшая только по второму вызову, оставила больного дома. Медики сочли, что Александру ничто не угрожает. По словам сына скончавшегося, медики присовокупили, что «они не такси» и добираться до больницы следует самим, пишет Delfi.
Александр Милосердов 50 лет от роду умер в ночь на 5 ноября в Пуруском отделении Ида-Вируской Центральной больницы. Этому предшествовал ряд событий, о которых сегодня рассказывают его дети — Евгения и Дмитрий. Свидетелем событий того дня стал и их друг Владислав.
Хронология последнего дня жизни Александра восстановлена по рассказу его сына, по телефонным звонкам, зафиксированным в его мобильном телефоне, а также в телефонах родственников.
12:30 — «Отец почувствовал себя плохо, болело в груди и отдавало в ногу, тогда он позвонил по телефону в 112. «Скорая» не захотела ехать».
12:35 — «Он позвонил дочери и попросил приехать помочь ему. Сестра позвонила своему другу Владу, который поехал к отцу».
12:41 — «Влад приехал к отцу и сразу позвонил на номер 112, объяснив, что отец плохо выглядел, был весь бледный и жаловался на сильную слабость во всем теле, боль в груди и ноге. Тогда только в 112 приняли вызов».
13.00— «Скорая помощь приехала и поднялась к отцу домой. Они спросили, что мучает, получив разъяснения, они принялись осматривать его. Взяв у него показания давления и пульса, они решили, что ему ничто не угрожает.
{jb_quote}
А так как у отца было направление от семейного врача в больницу Пуру к кардиологу в этот же день, они сказали, что если бы у вас было что-то серьезное, вас забрали бы от врача.
{/jb_quote}
У отца уже был результат кардиограммы, на которой было видно отклонение от нормы.
Влад попросил доставить моего отца в больницу, на что скорая помощь ответила, — отцу плохо от того, что он поднялся на четвертый этаж и пусть добирается сам или с родственниками, а «мы не такси». Не оставив документа, что они приезжали на вызов, они удалились».
13:30 — «Влад доставил отца в приемный покой Пуру, где ему стало совсем плохо, и цвет его кожи стал бледно-синий. Врачи приемного покоя, проверив его состояние, выявили у него острый инфаркт. Тогда его доставили в реанимацию и оттуда в интенсивную терапию, где ему была предоставлена помощь. После проведения операций, ему стало лучше».
20:00 — «У него пропал пульс».
02:45 — «Утром 5 ноября он умер».
Дети умершего Александра, дочь Евгения и сын Дмитрий, заявили журналисту, что в личной беседе с ними врач-реаниматолог сказала, что если бы больного Александра вовремя доставили в кардиологическое отделение больницы, то его жизнь можно бы было спасти.
Журналист встретился с этим доктором, и она сказала, что
{jb_quote}
говорить наверняка о том, что выжил бы больной или нет, если бы «скорая помощь» сразу доставила его в больницу, трудно, но шансы на жизнь, конечно, увеличились бы.
{/jb_quote}
Однако в данной ситуации свое слово, вероятно, должна сказать врачебно-экспертная комиссия Министерства социальных дел. А по поводу того, что «скорая — не такси», журналист обратился за разъяснениями к руководителю службы Скорой медицинской помощи Ида-Вирумаа Арнольду Персидскому. Чтобы не быть «ретранслятором», корреспондент после короткого разговора с доктором Персидским передал телефонную трубку сыну умершего Александра, и тот рассказал шефу региональной «скорой», что произошло.
В ходе этого разговора доктор Персидский разъяснил сыну, как и куда следует писать жалобу, как отправить или куда привезти письмо. Выразить соболезнования сыну по поводу кончины отца доктор не посчитал нужным.
Врач-реаниматолог Пуруской больницы выразила соболезнование детям, подробно рассказала, что послужило причиной смерти их папы. И повторила слова, что, если бы «скорая» вовремя доставила Александра в реанимацию, он бы смог выжить.
Доктор Персидский обещал проинформировать читателей портала Delfi по итогам внутреннего расследования по письму Дмитрия Милосердова. Он сказал, что проверка всех фактов, установление лиц, причастных к событиям, займет неделю, от силы — десять дней.
Значит, за это время доктор Персидский сможет объяснить семье, как получилось, что
{jb_quote}
бригада скорой помощи, прибывшая в 13 часов, не посчитала возможным снять кардиограмму, не оставила никаких бумаг о том, что она была на выезде, а «на память» о визите к больному оставила только одну резиновую перчатку.
{/jb_quote}
Утром в пятницу 11 ноября Дмитрий Милосердов отправил по электронной почте свое письмо доктору Персидскому, а подписанный экземпляр отвез в его офис. Самого руководителя службы скорой помощи на месте не было, письмо в 10.35 было оставлено секретарю доктора Персидского.
Заметим, что телефон 112 — это не телефон «скорой», а номер Центра тревоги. Стало быть, к расследованию обстоятельств этого дела должен подключиться и Спасательный департамент, которому подчинен Центр тревоги. А это уже — Министерство внутренних дел. Министерство же социальных дел, управляющее в стране медициной, также не должно остаться в стороне от этого расследования. В ближайшее время семья ушедшего из жизни человека, которому заявили, что «скорая — не такси», и тем самым оставили его без помощи, намерена обратиться с письмом на имя министра социальных дел Ханно Певкура.
