Скандал с увольнением учительницы, которая к тому же являлась профсоюзным работником в Мустамяэской реальной гимназии, получил продолжение в Delfi. Одна из учителей на условиях анонимности дала откровенное интервью порталу, утверждая, что после этого случая все учителя в школе запуганы.
«В принципе, все учителя запуганы. Это непросто выносить. Учителя находятся в очень большой зависимости от директора школы. И она имеет над нами полную власть — что, кому и сколько мы можем говорить. Мы ощущаем, что прижаты к стене», — рассказала Delfi учительница Таллиннской мустамяэской реальной гимназии, пожелавшая сохранить инкогнито.
24 октября директор этого учебного заведения Ольга Калью расторгла трудовой договор с доверенным лицом коллектива учителем математики Валентиной Шатаевой — из-за того, что та якобы избила шестиклассника. Впрочем, как следует из уведомления о расторжении договора, даже двух шестиклассников.
Директор написала: «Об этом учащиеся и классная руководительница представили письменные заявления и объяснительные на имя директора гимназии».
{jb_quote}
Однако, стало известно, упомянутая классная руководительница утверждает, что не писала такого заявления.
{/jb_quote}
«Во всяком случае мне она так говорила. Однако, как я поняла, Валентину Шатаеву уволили не из-за обращения классного руководителя, а из-за пояснений детей», — прокомментировала собеседница портала.
— Какая атмосфера в школе сейчас, что говорят учителя по поводу увольнения Шатаевой?
— Позиция учителей абсолютно ясна: уволен совершенно невиновный человек, уволен без всякой причины. И сколько такой чудовищный инцидент, когда учитель якобы напал на ученика, вообще расследовали? На самом деле же не расследовали совсем. Учителя в шоке оттого, что они абсолютно беззащитны. Если надо найти какую-нибудь причину для увольнения, ее найдут.
— А выясняли ли учителя у директора что-либо об этом расследовании?
— Вы, наверное, шутите! Добровольно никто не пойдет к директору за такой информацией. Если у тебя столько «нахальства», что ты идешь и спрашиваешь, то сразу попадаешь в черный список и тобой займутся. Так что на то, что у нас кто-то пошел бы и по праву гражданского общества потребовал бы там чего-то, даже надеяться не стоит.
— То есть такое может повториться и с любым другим учителем?
— К сожалению, да. Сейчас наша маленькая надежда связана с тем, что делом начнет заниматься комиссия по трудовым спорам. И восстановить справедливость, быть может, удастся за пределами школы.
{jb_quote}
В школе — не такая компания, где стоит надеяться на демократию, свободу слова и справедливость.
{/jb_quote}
— Вам не грустно, что в Эстонии в XXI веке столь удручающая обстановка, что учителя боятся обнародовать свои имена, требовать у администрации отчета о скандальном для школы событии?
— Конечно, это удручает. Нам не к кому обратиться, чтобы нам помогли. Сразу скажут — вас это не касается, помолчите, это тема конкретного человека, занимайтесь своей работой.
— Я присутствовала на вашем профсоюзном собрании, там было порядка двадцати человек. Если бы они обратились в городской профсоюз работников образования, это, по-вашему, тоже ничего не дало бы?
— Нет, я так не считаю. Думаю, что, без сомнения, этим делом надо заниматься грамотно. И надо получить помощь и от Центрального союза профсоюзов. И это у нас в плане. Но поскольку нашего вожака — Валентины — больше нет, то, к сожалению, мы пока не могли реагировать так быстро. Люди в шоке, и многие ждут, чтобы эта глупость быстрее закончилось, Валентина вернулась бы и жизнь продолжилась бы. До многих еще не дошло, что на самом деле нам надо начинать наши профсоюзные дела сначала.
