Жительница Нарвы Дарья Кожевникова в 2005 году уехала на заработки в Ирландию. Там она в 2012 году познакомилась с уроженцем Литвы Денисом. Пара стала жить вместе, у них родилась дочь. Но в какой-то момент семейная жизнь не заладилась, и пара разошлась. Одно время Дарья жила еще в Ирландии, отец встречался с дочерью 2-3 раза в неделю по 3 часа, но потом забрала ребенка и уехала обратно в Эстонию. Однако Денис подал в суд и выиграл. На выходных 8-летнюю девочку разлучили с мамой и увезли обратно в Ирландию, где она теперь будет жить с отцом. Подробности этой шокирующей истории выясняла «МК-Эстония».
«У нее здесь все, — чуть не плачет Дарья. – Она ходит в школу, она адаптировалась, у нее здесь появились друзья. Там же у нее друзей нет, ирландцы ее особо к себе не подпускали. Здесь она почти закончила первый класс, там ее возьмут в школу на ступень или две ниже, и учиться придется на английском. Ей придется как-то привыкать к другой школе и новым одноклассникам и учителям. Он и здесь не дает ей доучиться, и как она там пойдет – не представляю. Английский она уже не помнит».
Дарья говорит, что хотя дочь и родилась в Ирландии, за 6,5 лет, пока она там жила, английский она не особо и выучила.
«Зато за те полтора года, которые мы живем здесь, она прекрасно выучила эстонский, и у нее по нему в школе пятерка, — говорит мама. – Если здесь школа готова предоставлять консультации учителей и подтягивать ребенка, то там никто не будет с ней дополнительно заниматься из-за того, что она что-то не понимает. Еще один немаловажный аспект: мать бывшего мужа живет с его младшим братом в Англии, и в Ирландии у него только отец. То есть фактически она поедет в семью, где два мужика – он и дед. Да и отец у нее суровый. В суде первой инстанции даже судья отметил, что она при виде него просто меняется в лице и прячется ко мне за спину. Он очень агрессивный и властный, мы потому и расстались».
К тому же, говорит мать, у которой фактически забрали ребенка, у дочери инвалидность, ею нужно заниматься, водить по врачам.
«Он за все это время сводил ее к врачу только два раза, да и то потому, что я попросила, так как сама работала и не могла, — рассказывает Дарья. – В Ирландии очереди к врачам дикие, медицина там хуже, чем у нас. У нее вдобавок астма. В Эстонии ей стало намного лучше, там ей врачи не могли помочь. И мне просто страшно за ребенка!»
Непростая история
Когда Дарья после расставания с Денисом полтора года назад сделала дочери документы и увезла ее в Эстонию, Денис подал в суд.
«По ирландским законам, отец, даже если он и вписан в свидетельство о рождении ребенка, не имеет таких же прав, как мать, — говорит она. – Потом закон изменился, и адвокаты Дениса добились того, чтобы у него тоже появилось право опеки над девочкой. Но это произошло уже после нашего отъезда, а на момент, как мы покидали Ирландию, у него никаких прав на ребенка не было».
Отец подал в суд и потребовал вернуть дочь в Ирландию. Суд первой инстанции (в Нарве) счел, что иск отца следует оставить без удовлетворения.
И адвокат ребенка, и служба защиты детей в Нарве пришли к выводу, что для этого нет оснований. Ребенку лучше с мамой, и расставание с ней в таком нежном возрасте может привести к тяжким последствиям для психики.
Однако Денис обжаловал это решение, и суд второй инстанции (в Тарту) встал уже на его сторону. Хотя адвокат ребенка и местные власти по-прежнему считали, что ребенку лучше с мамой, коллегия судей пришла к выводу, что произошло похищение ребенка. И, согласно Гаагской конвенции от 1980 года, ребенка нужно вернуть обратно в Ирландию.
Дарья обжаловала это решение суда и подала кассацию в Госсуд, но суд третьей инстанции не принял это дело к рассмотрению. Таким образом решение о возвращении девочки обратно в Ирландию вступило в силу.
«Я не знаю, что мне делать, — обратилась Дарья в редакцию. – Если суд первой инстанции вникал в дело, назначал заседания, то в суде второй инстанции все было письменно. Никого не заслушивали, заседаний не было. В коллегии были преимущественно мужчины, и понятно, что они встали на сторону отца. Отец ребенка уже прилетел в Эстонию, и через два дня я должна вместе с рейсовыми документами передать дочку ему».
Перед отъездом, добавляет Дарья, проходил адаптационный период: отец в течение трех дней брал дочь на три часа, чтобы она к нему привыкала.
«Но мне страшно за ребенка, он очень агрессивный! – утверждает мать. — Он ей, конечно, говорит, что это все на время, что он вернет ее домой, как только она этого захочет. Но по сути — это вранье, и она понимает, что так просто он ее обратно уже не отпустит. По факту он ей чужой человек. После расставания он брал ее 2-3 раза в неделю к себе на 3 часа, и все. Когда мы переехали в Эстонию, он общался с ней иногда по интернету. Но суд счел, что это тогда не чужой человек, а один из самых родных, и без проблем можно ее отдать ему».
Дарья говорит, что ей суд также предложил переехать обратно в Ирландию, чтобы быть вместе с дочерью. Но у нее там нет работы и жилья, и этот вариант она просто не рассматривает.
Правда, в документах суда указано, что отец ребенка предложил ей оплачивать временно жилье, чтобы она могла там жить и быть рядом с дочерью.
«Но у меня тут еще один маленький ребенок, — говорит Дарья. – Она тоже родилась в Ирландии, и ей было пять месяцев, когда мы вернулись в Эстонию. Сейчас ей два года, она ходит в садик, и я не могу ее здесь бросить и уехать со старшей дочерью в Ирландию. Взять ее туда я тоже не могу, потому что Денис предлагал жилье только мне и старшей дочери. И только на месяц. Жилье там дико дорогое, на жилплощадь очереди. Я боюсь, что не смогу там за месяц найти жилье и работу. Я просто не могу туда поехать. И я считаю, что суд должен был не отправлять ребенка к отцу в Ирландию, а исходить, в первую очередь, из интересов дочери. Она, кстати, несколько раз прямо сказала судье, что не хочет к папе. Но, по мнению суда, она слишком мала для того, чтобы учитывать ее мнение».
Мать говорит, что в Ирландии, в отличие от эстонской системы правосудия, пять инстанций судов, и каждый этап занимает очень много времени.
«Конечно, я буду подавать в ирландский суд, чтобы он разрешил дочери переехать обратно в Эстонию, но, боюсь, отец будет обжаловать каждое решение, которое будет не в его интересах, и это все растянется на 2-3 года, — говорит Дарья. – В итоге сейчас у меня патовая ситуация: я должна или бороться за одну дочь и ехать в другую страну, а вторую дочь оставлять в Эстонии, или отпустить первую дочь в Ирландию к отцу, и отсюда судиться с ее отцом».
Однако отец ребенка Денис заверяет: все, что говорит мать ребенка, ложь.
«Она много чего говорит, — утверждает он, — и нагло в открытую врет. Извините, это все, что я готов сказать. До свидания!»
«Все правильно»
Пресс-секретарь Тартуского суда Анетт Крейтсман подчеркивает: решение уже вступило в силу, поскольку Госсуд не принял его к рассмотрению.
«Коллегия судей основательно обсудила дело, проанализировала все предоставленные суду доказательства и точки зрения сторон, и в ходе этого пришла к выводу, что апелляция отца ребенка обоснована, — разъясняет она. – Из обстоятельств дела ясно, что нужно исходить из Гаагской конвенции от 25 октября 1980 года и постановления Европейского Совета номер 2201/2003».
Она подтверждает: стороны спорили насчет того, подпадает ли вывоз ребенка из Ирландии под статью 3 конвенции, считается ли это противозаконным и было ли вообще на тот момент у отца право опеки над ребенком?
«Суд счел, что, по законам Ирландии, отец – опекун ребенка и у него есть право опеки над ребенком, — подчеркивает Крейтсман. – Если мать ребенка вывезла его в Эстонию, не предупредив отца и без его согласия, то права отца на опеку над ребенком нарушены, и ребенка увезли из Ирландии противозаконно. Это значит, что, согласно конвенции, произошла кража ребенка».
А в интересах ребенка, по конвенции – незамедлительное возвращение его в привычную среду. Таким образом защищают и интересы родителя ребенка, поскольку родитель может тогда обратиться в суд по месту изначального жительства ребенка и там уже решать вопросы опеки.
«Таким образом, не вернуть ребенка можно только в исключительных обстоятельствах, но их суд в данной ситуации не выявил, — поясняет она. – Мать ребенка говорила, что отъезд в Ирландию повлечет за собой стресс и проблемы со здоровьем, потому что девочку разделят с матерью. А также мать и чиновники утверждали, что ребенка следует оставить здесь, потому что она уже привыкла к новой среде и к тому, что в Эстонии она живет вместе с мамой. Суд не сомневается, что это так, но это все же не повод, чтобы не отправлять ребенка в Ирландию».
По оценке суда, ребенок с рождения жил в Ирландии, ходил там в садик и школу, учил английский, в школе дела шли очень хорошо, у ребенка гражданство Ирландии.
Подписная кампания началась! Подпишись на газету «МК-Эстония» на полгода и сэкономь 12,01 евро!
«Так что нельзя сказать, что это для него – чуждая среда, — считают судьи. – И хотя изменения могут привести к напряжению, оно все же остается в рамках, предусмотренных конвенцией, и не будут слишком тяжелым. Также возвращение в Ирландию не обязательно разлучит дочь с матерью: мама может найти возможность тоже поехать туда, хотя бы на первое время. Но так как мама не согласна туда ехать, ребенка передадут отцу, который тоже близок девочке, жил с ней большую часть ее жизни и регулярно с ней общался. Он также активно участвовал в ее воспитании. Мама также в суде признала, что отец ходил с ребенком к докторам».
Суд при этом не считает, что возвращение с отцом в Ирландию ставит под угрозу жизнь и здоровье ребенка, и убежден: отец сможет должным образом позаботиться о дочери.
Улетела со слезами
В субботу, 8 мая, накануне Дня матери, Дарья была вынуждена сложить вещи дочери, ее ингалятор, ее рейсовые документы и передать ее отцу. Девочка со слезами на глазах уехала с папой в Ирландию.
«Она перед расставанием плакать начала, я ее успокоила, как могла, — рассказывает дрожащим голосом Дарья. – Вечером ей позвонила, она вся в слезах. Все воскресенье мы с ней переписывались, вечером опять позвонила – снова плачет, просится обратно. Денис мне сказал, чтобы я ей несколько дней вообще не звонила, потому что у нее истерики».
Сейчас мать будет собирать документы, чтобы в Ирландии как-то подавать в суд на возвращение ей ребенка.
Статья целиком опубликована только в печатной версии газеты.
Подписку на газету можно оформить здесь.
