Вторник, 13 декабря 2016 09:02

Мужчина умер в Ируском доме по уходу: родственники обвиняют персонал

Родственники Николая Борисова (61) были уверены, что мужчине в Ируском доме по уходу обеспечат надлежащий уход и присмотр. Однако они были в шоке, когда через месяц после прибытия туда их отец и муж при странных обстоятельствах вдруг выпал из окна… Более того, после падения скорую никто так и не вызвал, и пожилого человека со множественными переломами и повреждениями внутренних органов просто отнесли в палату и оставили мучиться. Вскоре он скончался.

Николай пережил инсульт.  Родственники – жена, дочь и сын – заверяют, что он не говорил, но мог сам ходить, сам ел, все понимал и более-менее справлялся и в других ситуациях.

«Мама жила с папой в этой маленькой комнатушке, – говорит дочь Николая, Елизавета, обводя рукой бывшую «гостинку» на Акадеэмия теэ в Таллинне. Диван, холодильник, плита, стиральная машинка, столик, шкаф – и развернуться практически негде. – Им тут было тесновато, представляете, с инвалидом в такой комнатке. Поэтому мы обрадовались, когда вскоре после папиного дня рождения, ему исполнился 61 год, нам позвонили и сказали, что освободилось место в Iru Hooldekodu».

Родные отвезли Николая туда, и поначалу все было хорошо. Николай, правда, за месяц пребывания там, по словам родных, сильно похудел. А 3 ноября при странных обстоятельствах вообще выпал из окна.

«Представьте: отделение для людей с деменцией. Двери закрываются на ключ.  Но при этом ручка, открывающая окно, лежит на подоконнике, – описывает Елизавета. – По словам персонала, папа сам оделся – а он наполовину парализованный! Это, получается, сколько времени у него на это ушло? Сколько времени они к нему не заходили? Сам вскарабкался на подоконник – а они там высокие, выше обычных. Открыл окно, как они говорят, выломал решетку и протиснулся в маленькую створку – а он сам не худенький, к тому же, как они говорят, был в двух куртках».

Сын Николая, Илья показывает фотографии этого окна.

«Вот отсюда, как они говорят, папа и вылез, – удивляется он. – Но это невозможно! Я потом в ходе эксперимента пробовал выломать эту решетку. Я спортсмен. И скажу вам, что взрослый сильный мужчина так просто это не сделает! А они сказали, что они дают пациентам психотропные вещества, которые наделяют их недюжинной силой. Поэтому папа и смог выломать решетку и протиснуться в это маленькое отверстие».

Удивительным ему кажется и то, что решетку буквально моментально поставили на место. На следующий день, когда о происшествии узнали родные, она стояла целехонькая снова на окне.

Оставили без помощи

Как бы то ни было, факт остается фактом – Николай выпал из окна второго этажа. Что было дальше, достоверно выяснить родным не удалось.

«Нам постоянно озвучивали разные версии, – говорит Илья. – Сначала, что его обнаружили и принесли в палату. Потом, когда мы стали возмущаться, что так делать нельзя – нельзя вообще трогать упавшего с высоты человека до приезда врачей! – они стали говорить, что он якобы после падения встал и сам пришел. Но у него, как выясняется, были множественные переломы и повреждения внутренних органов. А они даже скорую не вызвали!»

Из больничной выписки, сделанной впоследствии, выясняется, что у Николая были переломы пятого, шестого и седьмого ребер, перелом таза, внутреннее кровотечение, повреждения печени, поджелудочной железы и поясницы.

«Тем не менее, они просто принесли его в палату и оставили мучиться, – возмущаются родственники. – Он, по словам соседа по комнате, они там были вдвоем, стонал всю ночь. И только на следующий день, то есть спустя минимум часов 12 после падения, они соизволили вызвать скорую.

Разумеется, жена и дети пытались выяснить, почему не вызвали врачей сразу? Им долго и путано объясняли, что, мол, медсестра не видела и не знала, а вот если бы знала, что он упал, то вызвали бы сразу. А так она пришла, когда он уже лежал в палате, никаких видимых повреждений не было, а о падении ей не сообщили.

«В Иру действительно большая проблема с персоналом, – вздыхает супруга Николая, Елена. – Понятно, что работа тяжелая, зарплата маленькая, с дементными работать сложно, они и ударить чем-то могут.  Но почему такое халатное отношение к людям и безопасности? Я уверена, что это идет от руководства. Работники сами говорят, что нужно все делать по-другому».

О падении не сообщили не только медсестре. Родные узнали об этом тоже только на следующий день, когда Николая уже везли в больницу.

Выписали умирать?

Пребывание отца и мужа в больнице тоже вызывает у родственников массу вопросов.

«Его продержали там всего три дня и вскоре снова отправили в Iru Hooldekodu, – говорит Елена. – Похоже, никаких обследований там вообще не делали, даже капельницу не поставили. Я думаю, они поняли, что человек уже не жилец. И отправили умирать обратно в Иру, где только кормят и памперсы меняют».

Там, говорит дочь, его перевели уже в нормальное отделение, где он и пробыл последнюю неделю своей жизни.

«По сравнению с отделением для дементных, где страшно воняет мочой, это небо и земля, – заверяет Елизавета. – Почему его сразу нельзя было отправить в это отделение? Я уверена, там бы ничего плохого не случилось».

Илья добавляет, что ему обещали даже, что папе будут делать физиотерапию и массаж – по назначению врача. И что ставили обратно на ноги и не таких больных.

А в итоге Николай 15 ноября тихо скончался в своей палате.

Еще и остались должны

И снова родные об этом узнали только на следующий день, когда Николая уже везли на судмедэкспертизу.

«Хотя скончался он в 19:50, мне позвонили только спустя 14 часов, то есть в 10 утра, – говорит Елена. – Говорили, что якобы был отключен телефон. Но он у меня никогда отключен не бывает.  Дочь из Италии дозванивается с первого раза. А тут из Иру не смогли дозвониться».

«Когда я начал спрашивать у медсестры, которая в тот вечер дежурила, как так, она сначала стала говорить, что, мол, не звонила, потому что моя смена уже закончилась! – возмущается сын. – То есть закончилась смена – можно бросить недоделанные дела и идти домой? Потом другие люди уже стали говорить, что, видимо, персоналу низшего звена просто запрещено звонить, это могут делать только старшие смены, которые приходят утром. Поэтому и в первый, и во второй раз мы узнавали все с опозданием в 12 часов».

«Я живу с дочерьми в Италии, мой брат в Финляндии, – говорит Елизавета. – Как только они сообщили нам, мы сразу стали бронировать билеты. Но это заняло время, чтобы добраться до Эстонии. Они должны были сообщить сразу, как это случилось!»

Возмущенные родственники подали заявление в полицию с просьбой расследовать, что же там за дом по уходу такой, в результате ухода в котором человек через месяц умирает?

«Там тоже выяснилось немало интересного. Персонал нам говорил одно, а в объяснительных в полицию писал другое. В заключении о смерти написано, что смерть наступила в результате острой сердечной недостаточности. Еще там стоит слово «ишемия». Один из врачей, писавших свое заключение для полиции, вообще заявил, что это может быть следствием длительного постельного режима…  Но отец лежал только последние семь дней, когда у него все было переломано. До этого он постоянно двигался», – говорит Елизавета.

Но больше всего родственников возмущает тот факт, что дом по уходу, где угробили их отца и мужа, еще требует с них деньги за такой «уход».

«Мы, мол, подсчитали и выяснили, что вы должны нам еще 6 евро, – передает разговор Елизавета. – Мы должны? Нет, это вы нам должны! Лишили нас папы и еще деньги требуете!»

Илья добавляет, что когда они стали возмущаться, им предложили: они спишут эти 6 евро, если родственники подпишут бумагу, что они никаких претензий к дому по уходу не имеют.  Но они ничего подписывать не намерены.

«Зря я его туда отдала, – вздыхает Елена. – Лучше бы тут он и дальше жил. Здесь бы он, по крайней мере, из окна бы не выпал».

Елизавета, Илья и Елена решили рассказать эту историю, чтобы предупредить других людей, которые собираются отдать туда своих родственников.

«В Iru Hooldekodu объясняют ситуацию так: это человеческий фактор. Человеческий фактор, а человека больше нет, – констатирует Елизавета. – И получается, что вы отдаете своего родственника в дом по уходу, платите 800 евро в месяц, надеясь, что там ему обеспечат хорошие условия, за ним будут присматривать и ухаживать. А в результате получаете труп!»

Без комментариев

«МК-Эстония» обратилась, разумеется, и к руководству учерждения, куда были отправлены письменные вопросы. Дозвониться до директора Ируского дома по уходу Терье Краанвельт удалось только через пять дней. Она подтвердила, что вопросы получила и с ними ознакомилась, но комментировать ничего не будет. «Я на них не буду отвечать. Я не хочу это комментировать, - сказала она по телефону. - Я не комментирую то, что не хочу комментировать».

Родственники Николая очень хотели бы знать, что делали с их отцом и мужем в больнице эти три дня и почему его со множественными переломами оттуда так быстро выписали. Но и в Ида-Таллиннской центральной больнице ничего не прокомментировали, несмотря на то, что близкие Николая написали требуемое ими разрешение на передачу и ознакомление с деликатными личными данными в газету «МК-Эстония».

«Нельзя передавать данные газете или учреждению, надо конкретному лицу, – сказали в больнице. – Поэтому нужно, чтобы близкие сами обратились к нам и получили нужные им данные, и тогда они пусть сами уже решают, кому их передавать».

В Пыхьяской окружной прокуратуре нашей газете сказали, что правоохранительные органы с этой историей знакомы. Но так как причиной смерти стало нарушение здоровья, то уголовное дело не возбуждали.

«Уголовное дело возбуждают, если есть основания полагать, что чья-то смерть наступила в результате преступления», – пояснил пресс-секретарь прокуратуры Каарел Каллас.  

В Пенитенциарном кодексе есть статья «Создание опасной ситуации» (§ 123) и «Оставление без помощи» (§ 124). За оба деяния предусмотрено наказание в виде денежного штрафа или тюремного заключения до трех лет.  


 Статья целиком опубликована только в печатной версии газеты.

Подписку на газету можно оформить здесь.


Оцените материал
0
(0 )

Контент-маркетинг

Последние новости

События

Потребитель

Рекомендуем

За рубежом

Здоровье

Бульвар