Вторая волна вроде бы идёт на спад. Бог весть, придёт ли третья. Не захлебнёшься в них, если привьёшься. Так говорят авторитеты. Утверждая, что победим пандемию, когда вакцинируется более 70% населения, пишет Владимир Вайнгорт, доктор экономических наук. Как говорится, поживём – увидим. Не доверять специалистам нет оснований. Правда, несколько смущает меня один пример. Мой собственный.
Спустя 32 дня после окончания полной процедуры вакцинации мне понадобилась небольшая медицинская операция. По нынешним правилам за два дня до того требовалось пройти тест на COVID‑19.
Что это было?
В полной уверенности в личной защищённости вакцинацией сделал тест и – бац – он положительный. Операцию отложили. Всей семьёй (из двух человек) отсидели две недели в абсолютной изоляции (продукты привозили и оставляли у двери снаружи). Сдаю повторный тест и – как говорится в старом анекдоте – вы будете смеяться, но он снова положительный. На этот раз после десятидневного сидения в изоляции меня смело берут на операцию (на всякий случай, без теста на коронавирус). Заметьте, абсолютно никаких признаков болезни у меня нет. Врачи говорят: «Это результат вакцинации!» И я им верю. Они также говорят, что мой случай редкий (заболел вакцинированным). Но тут у меня появляются вопросы. А не потребуйся тест – мой случай остался бы неизвестным.
Ведь никто не проверял ни меня, ни кого другого (из моих вакцинированных знакомых) на заболеваемость спустя, предположим, месяц после двух уколов. Пытаюсь найти источник информации, где можно прочесть, что после вакцинации возможность заражения снижается и – представьте себе – не нахожу. Так, может быть, редки случаи не заражения, а проверки? Ещё меньше ясности по второму вопросу: был ли я носителем и распространителем вируса, когда получил положительный тест? И если да, то когда и сколько времени? Мне повезло. Совесть у меня чиста. Весь месяц после вакцинации сидел дома со сломанной ногой. Но ответа на свой вопрос получить не могу. И гложет червь сомнения: так ли защищены мы от распространения вируса растущей долей вакцинированных? Хотя польза от неё несомненна. «Мой пример – другим наука». Вакцинация позволила перенести заболевание незаметно. Но болезнь-то была? Если да, то значит вакцинирование не должно отменять мер изоляции. Следовательно, «паспорту вакцинации» грош цена и вся затея эта – бюрократическое изобретение, чиновничья видимость деятельности. Поскольку обладатели такого паспорта, сами того не зная, могут быть переносчиками вируса.
Так это или не так, должны показать исследования, и для этого нужны средства. Их надо бы дать в первоочередном порядке. А пока, кажется мне, по всем этим делам «темна вода во облацех». По крайней мере, насчёт защитной силы вакцины от заражения. И появился ещё один удивительный медико-экономический вопрос.
Умные люди дают кредиты, остальные их берут
Из всех загадок периода пандемии самая неразрешимая, на мой взгляд, заметный рост кредитования физических лиц, особенно в части ипотечных кредитов. Например, в марте 2021 года объём кредитования частного сектора в Эстонии составил 9,257 млрд USD, что почти на 180 тысяч USD выше марта прошлого года. Цифра сопоставима с бюджетом страны. Банк Эстонии заговорил об опасности кризиса перегрева экономики и возможного включения административных «тормозов» на ипотечное кредитование. Экономическая проблема уходит корнями в какой-то невероятный сдвиг массовой психологи. С одной стороны, на дворе кризис от полнейшей неясности с развитием пандемии. Безработица в целом по стране выше 8%, а на Северо-Востоке доходит до 14%. Степень ясности о том, в какую сторону повернёт рынок труда под влиянием коронавируса примерно такая же как возможность встретиться с птеродактилем: может, да – может, нет, потому будем считать 50 на 50. Угроза новых увольнений на пороге и тем не менее, растёт кредитное рабство.
При нынешней медианной зарплате около 1200 евро ровно половина работающего населения, получая плату выше медианной, может рассчитывать на получение ипотечного кредита. И многие на это идут. Почему? На одной из экономических конференций недавно выступал клинический психолог, обосновавший историю с кредитами «во время чумы» специальным диагнозом – «плохой контакт с реальностью». Это не надежда на авось, а искажённое представление личности о действительном положении вещей. В целом человек здоров, и у него даже нормальная вроде бы психика, но по отношению к окружающей действительности у него конфликт в области бессознательного.
Впрочем, не хочу вторгаться в чужую область знаний, но то, что происходит сейчас на рынке недвижимости, ломает все представления о поведении людей во время кризиса.
«При том, что у малооплачивамой части населения жизнь всё хуже и хуже. И независимо от представлений о действительности ипотеку им не получить.
Эта доля работающих быстро беднеет. Уже более 20% жителей вынуждены брать краткосрочные кредиты для оплаты обязательных платежей. Есть, правда, надежда, что ситуация на рынке труда улучшится в сентябре, когда поднимется внутренний спрос, поскольку в экономику хлынут деньги от выплат из второй пенсионной ступени. Но кредитной истории это не изменит, и вопросов не станет меньше, например, зачем государственная структура Kredex повысила уровень поручительств, обеспечивающий выдачу кредитов коммерческими банками в размере 90% стоимости недвижимости (то есть при собственном финансировании на уровне 10%)? Это большая экономическая загадка, свидетельствующая об отсутствии экономического мышления у тех представителей власти, которые командуют «Кредексом».
Риэлторы отмечают: растут объёмы покупок нового жилья для последующей сдачи в аренду. С одной стороны, это хорошо: можно надеяться на снижение стоимости найма квартир (нынче безумно дорогой). Но вряд ли такую перспективу учитывают те, кто покупает квартиры для такой цели с помощью кредита. Так же как не учитывают они возможное изменение ситуации на рынке краткосрочного найма жилья (в связи со снижением турпотока). Часть квартир из этой сферы уже летом перейдёт в зону долгосрочной аренды, что также неминуемо повлияет на цены в пользу нанимателей. И уж совсем полные безумцы берут кредиты на квартирные товарищества, насильно втягивая в это дело тех, кто понимает реальное положение вещей или еле-еле тянет ношу текущих платежей, им совсем нечем возвращать кредит. Здесь уже не экономика с медициной. Проблема этическая. Как говорится, «действия применительно к подлости».
Иногда мне кажется, может быть, это одно из проявлений последствия перенесённого коронавируса? Ну не может быть, что мир вокруг нас обезумел. Или может?
