Четверг, 16 мая 2024 10:11

Мнение: время и мы

Мнение: время и мы ©Фото: частный архив

Грамотно ли мы обращаемся с временем? Умеем ли считаться с ним? Если присмотреться, то оказывается, что далеко не всегда, пишет обозреватель Айн Тоотс.

За примерами далеко ходить не надо. Со времени окончания Второй мировой войны минуло без малого 80 лет, однако тень ее по-прежнему преследует нас. 80 лет со времени окончания Первой мировой войны прошло в 1998 году, но разве хоть кто-нибудь вспоминал тогда об этом? Нет, конечно, ибо мы жили совсем в другом, своем мире – в отличие от части нарвитян, похоже, заблудившихся во времени и продолжающих жить в навязанном им когда-то мифе, до которых только сейчас начинает доходить, что на самом деле происходило в марте 1944 года в городе, ставшем для них родным.

Ничего странного в этом, разумеется, нет, ибо послевоенное население Нарвы возникло не в освобожденной, а в завоеванной Нарве, коренное население которой в предвидении ожесточенных боев немцы эвакуировали еще в конце января 1944 года, а по окончании войны новые власти запретили коренным нарвитянам возвращаться в родной город.

Виноваты ли в этом послевоенные жители Нарвы? Разумеется, нет, так как они переселялись на территорию Эстонии в соответствии с тогдашними порядками и правилами, поэтому среди них и доминируют носители мнимой истории, хотя знание реальной истории позволяло бы им уверенней чувствовать себя в этом мире и в этой стране.

30 – это много или мало?

Восстановить независимость Эстонии удалось почти полвека спустя после окончания Второй мировой войны, однако прошедшие с тех пор 30 с небольшим лет стали предметом спекуляций, будто за это время не удалось провести никакой интеграции или обеспечить переход школ на эстонский язык обучения.

Никто не задумывается: а может, 30 лет для этого мало? Ведь в начале 1990-х, когда на дворе еще стояли советские войска, на повестке дня были совсем другие вопросы: легализация новой политической системы, проведение приватизации, введение своей валюты, подготовка к вступлению в международные организации и т. п. 

На этом фоне в марте 1998 года было основано Целевое учреждение интеграции, первую программу которого протестировали апрельские события 2007 года. События эти показали, что настоящая интеграция как чрезвычайно сложный и неоднородный процесс всегда занимает много времени: кому-то язык не дается, у кого-то с языком проблем нет, а вот местный образ жизни не совсем по душе и проч. Все это подробно проанализировано в «Мониторинге интеграции эстонского общества 2023» – пространном документе, доступном на эстонском, английском и русском языках, главным достоинством которого является анализ реалий интеграции, а не пересудов политиков разных мастей и обывателей о ней.

Реалии же эти таковы, что полностью интегрированных среди неэстонцев сейчас 18%, интегрированных на местном уровне – 23%, прижившихся здесь и частично интегрированных – 17%, недовольных и слабо интегрированных – 15% и не поддающихся интеграции, ментально живущих в советском прошлом – 28%.

Дальше, однако, начинается самое интересное: граждан ЭР больше всего в двух последних, т. е. наименее интегрированных группах (60% и 54%), да и в остальных их – около 40%.

Эстонцы тоже разбиты на пять групп, хотя и по несколько иным принципам, но среди них также 18% недовольных этноцентристов и 13% чувствующих себя, подобно тоскующим по советским временам, как бы живущими не в своей стране.

В мониторинге есть еще масса занятных деталей, так что кому интересно – покопайтесь в них, пожалуйста.

Вызовы будущего

Данные мониторинга интеграции проливают кое-какой свет и на наше будущее. Если среди неинтегрированных неэстонцев доля граждан ЭР в два с лишним раза выше, чем граждан РФ, то к чему мы стремимся, лишая последних права участвовать в местных выборах? Чтобы все не поддающиеся интеграции стали гражданами ЭР и могли выбирать также Рийгикогу?

Куда ведет такой путь, наглядно показали результаты последних парламентских выборов в Нарве. Возможностей нанести ущерб Эстонии у ее граждан – куда больше, чем у неграждан, что и стало причиной непредоставления гражданства ЭР всем жителям ЭССР.

В то же время полное вытеснение неграждан из общественной жизни ведет к закреплению сегрегации и замедлению интеграции, повышая разобщенность общества и напряженность, чего, похоже, не понимает возглавляющая кампанию по ущемлению их прав плутоватая партия Isamaa, всегда отличавшаяся небывалой активностью накануне любых выборов, чей рейтинг вырос за счет краснобайства ее лидера Урмаса Рейнсалу.

Никого, похоже, не интересует, что Россия не всегда же будет оставаться такой, какой мы видим ее сегодня. Рано или поздно ей придется возвращаться в нынешний, XXI век, а не пытаться перетащить сюда что-то из отживших свое былых веков. На это нам стоит настраиваться, а не переоценивать неповоротливость России.

Самой Эстонии вместо тоски по неразбавленной эстонскости довоенной поры тоже стоило бы внимательней присмотреться, чем живет XXI век и кто мы в нем. На этот вопрос ответа пока еще нет, ибо эволюция Эстонии продолжается.

Мнение

Оцените материал
5
(1 )

Контент-маркетинг

Последние новости

События

Потребитель

Рекомендуем

За рубежом

Здоровье

Бульвар