Для эстонcкого государства, период независимости которого – чуть больше ста лет, а полной независимости – даже в два раза меньше, это вовсе не праздный вопрос. По счастливому стечению обстоятельств мы стали членами ЕС и НАТО, но это пока и все – дальнейшего продвижения не видно, пишет обозреватель Айн Тоотс.
Мало того, внутриполитические разборки как бы подпитывают идею, что причин беспокоиться из-за топтания на месте вроде бы нет.
Последние серьезные скачки вперед случились у нас лет 15–20 назад (2004 г. – вступление в ЕС и НАТО, 2011 г. – переход на евро), ну а дальше наступил период самоуспокоения.
Даже языковую реформу не могли запустить почти 30 лет.
Лидеров не видно
Правда, когда-то у нас имелись и лидеры, на которых можно было опереться: Эдгар Сависаар, Март Лаар, Леннарт Мери, Андрус Ансип, отчасти также Тоомас Хендрик Ильвес и, может, Юри Ратас.
Сейчас лидеров не видно, поэтому экс-президент Тоомас Хендрик Ильвес предлагает рассматривать в такой роли Верховного представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности Каю Каллас, которой впервые в истории удалось разнести по миру весть о существовании такого крохотного государства, как Эстония.
Можно, конечно, говорить, что до этого за Каллас не числилось ничего особенного, но кем были до восхождения на Олимп Ленин, Сталин или «бывший тракторист» Горбачев?
Самой Эстонии пока хвалиться нечем. Правда, кое-какое продвижение в направлении будущего все же наблюдается, особенно – в демографической сфере, где местные русские начинают воспринимать себя уже не как хозяева страны, а как обычные русскоязычные жители Эстонии.
Развитие этой тенденции закрепляет единообразие общества, а также помогает преодолению противоречий между здешним коренным населением и прижившимися тут выходцами из разных регионов СССР, т. е. унификации местного населения.
Новый формат и вектор развития
Что касается отношений между Эстонией и Россией, то тут многое зависит от происходящего в Украине. Если Россия будет вынуждена отказаться от реализации ее первоначальных планов по СВО, то там наверняка пойдут не очень приятные для нее процессы.
Распад СССР привел к суверенизации ряда бывших ССР, прежде всего стран Балтии, в том же направлении идут Украина с Молдовой, а отчасти и северокавказские страны, ну а до бывших среднеазиатских республик России, похоже, вообще больше дела нет.
Отдельной строкой идет быстро развивающийся Казахстан, ну а Беларусь так и осталась бывшей ССР.
Распад самой РФ, если он состоится, скорей всего, будет более хаотичным и сумбурным, напоминающим гражданскую войну. Кое-где противостояние получит национальную окраску, особенно в регионах, где когда-то была собственная история.
Прежде всего это касается Татарстана, Башкортостана, Калмыкии, но также северных народов, сумевших сохранить древние традиции.
Сложно сказать, в какой мере массовые депортации недавнего прошлого изменили быт местного населения. Скорей наоборот: депортированным пришлось самим приноравливаться к местному образу жизни – но ведь не только?
В восточном направлении Эстония граничит с двумя регионами России, где растут настроения в пользу выхода из империи: с Ленинградской и Псковской областями.
В первом случае они выражаются в наличии политического течения регионалистов «Свободная Ингрия» и национального движения этнических ингерманландцев, которым вряд ли удастся захватить власть в бывшей столице некогда могущественного государства.
А во втором идеализируется Псковская вечевая республика (1348–1510), входившая в состав Новгородского и позже Московского княжеств.
Впрочем, более вероятным все же представляется, что Эстония и в будущем станет граничить с каким-то новым форматом неделимой России, отношения с которой не обязательно должны быть у нас недружественными.
Что ожидает эстонскую нацию? А то же самое, что и другие небольшие народы в Европе.
В какой мере и в каком виде сохранится эстонский язык как государственный, какие изменения претерпят наши нравы и обычаи – зависит от многих обстоятельств, поэтому лучше не загадывать наперед, чтобы глаза наши и завтра оставались зоркими, а способность воспользоваться грядущими переменами не была утрачена.
Ближайшей задачей Эстонии видится упорядочение отношений с Россией, т. е. перестать быть врагами из-за происходящего в Украине и не только. Налаживание отношений между жителями приграничных регионов, встречи между ними, совместные мероприятия и прочее ведут к пониманию, что мы должны жить как добрые соседи – ничего лучшего в мире пока не придумано.
К тому же граница между Эстонией и Россией пролегает не только между двумя странами, но также между Европой и бывшим СССР и заслуживает деэскалации.
Деэскалация эта предполагает разъяснение жителям приграничных территорий, как и чем живут люди по другую сторону границы.
Для Эстонии это важно потому, что у нас все еще хватает носителей ментальности бывшего СССР. Жители России тоже ведь не вечно будут довольствоваться этой ментальностью, к чему их сейчас склоняют власти, а значит, их вектор развития рано или поздно откликнется и у нас.
