Понедельник, 17 апреля 2017 09:35

Айн Тоотс: непотопляемая интеграция 0

Не зря говорят, что если вы не хотите заниматься интеграцией, то интеграция займется вами. Так сейчас и происходит.  Хоронили ее бесчисленное количество раз, а толку никакого. Выпрешь ее за дверь, лезет обратно через окно. Раньше ее пытались привить сверху, теперь она сама вылазит снизу и начинает интересоваться: а где же все-таки находится та Эстония, в которой мы живем – за окном или в телевизоре? Если за окном, то что там происходит? Как узнать об этом? И что с этим делать?

Время берет свое, потихоньку вырисовывая узор, как на самом деле продвигается интеграция, пишет обозреватель Айн Тоотс. Вопрос гражданства достиг стадии, когда прироста неграждан больше нет, а получение эстонского гражданства оставшимися переходит из плоскости былых опасений в плоскость политической целесообразности, как было некогда с обладателями зеленых карточек комитетов граждан Эстонии.

Медленней решается языковой вопрос, но и тут наметились четкие направления дальнейшего пути: начинать с детсадовского возраста, оставляя в школьном возрасте свободу выбора между эстонскими школами, классами погружения и русскими школами – сами разберутся, как и мы со своей идентичностью.

Сколько в нас идентичностей?

Идентичность – штука динамичная, поэтому о ней лучше говорить не в единственном числе, а во множественном. Дома у нас одна идентичность, на работе – другая, на рыбалке с друзьями – третья. Наша идентичность там, где мы чувствуем себя своими. Но и там можно быть или слугой своей идентичности (иногда выдуманной), или ее повелителем. Первое уместно, если нравится ссориться, второе – если дружить. Делать это можно и дома, и на работе, и даже на рыбалке.

Насколько идентичность привязана к языку? Леннарту Мери пришлось четыре раза менять язык учебы, но разве это лишило его идентичности? А что происходит с идентичностью Яны Тоом, когда она в Таллинне общается на эстонском языке, в Брюсселе – на английском, а в Москве – на русском? Причем на российские телеканалы ее приглашают не столько из-за московской, сколько как раз из-за брюссельской и отчасти таллиннской идентичности, чтобы хоть как-то облагородить атмосферу тамошних ток-шоу, поэтому в некоторых передачах Яна Тоом действительно выглядит белым лебедем среди стаи стервятников.

Меняется ли идентичность при интеграции? Конечно, меняется, но точно таким же образом, как при любом другом процессе развития: когда мы умнеем, учимся чему-нибудь, приобретаем новый опыт, когда взрослеем, наконец. Именно потому, что люди стали все больше замечать положительные стороны интеграции, и стало меняться отношение к ней на низовом уровне. Процесс наконец-то пошел, причем как среди русскоязычного, так и среди эстоноязычного населения.

Как быть со «Спутником»?

Помочь найти нужную идентичность жителям Эстонии любезно помогают добрые соседи, разместившие здесь местную редакцию агентства «Спутник». Кое-кого это напугало: демократия – великая сила, но против «Спутника» она все же бессильна, поэтому лучше не общаться с ним.

А вот общаться как раз стоило бы, ибо «Спутник» нацелен не на здешнюю аудиторию, а на глобальную, где люди мало что знают об Эстонии и поэтому им можно рассказывать всякое про то, что «на самом деле» происходит здесь. Делается это профессионально, факты вперемешку с комментариями, порой нейтральными и даже доброжелательными, порой не очень – ведь и ядом не с ложечки потчуют, а незаметно подсыпают в чай или суп, малыми дозами и осторожно. Искусство это известно с давних времен, как и то, что яд в малых дозах можно использовать также в лечебных целях.

Общаться со «Спутником» надо не запрещать, а напротив, рекомендовать и искать специалистов по общению с ним, чтобы по каналам этого агентства информация о происходящем в Эстонии доходила до русскоязычного мира и в нашей интерпретации. Ведь не каждая страна может позволить себе обзавестись собственным спутником, поэтому для отправки своего груза на орбиту приходится пользоваться чужими.

Такой подход органически сочетается с тем, что происходит и при интеграции. Ведь главный инструмент интеграции – это взаимная притирка, все остальное лишь подручные средства для ее стимулирования. У нас она проходит сравнительно спокойно, поскольку участвуют в ней представители близких народов и культур, довольно долго жившие вместе, чего нельзя сказать о наводненной беженцами Европе. Поэтому у нас отбор беженцев ведется поштучно, есть фильтры и для гастарбайтеров, притирка с которыми проще, но тем не менее процесс притирки – это очень долго играющая пластинка.

Два десятилетия назад, когда у нас догадались, что интеграцией надо заниматься, непонимания, недовольства и неразберихи было хоть отбавляй. Сейчас, когда пошли первые всходы, отношение стало меняться, хотя урожай собирать, увы, будут уже следующие поколения.

Оцените материал
5
(3 голосов)

Добавить комментарий

Последние статьи

Новости ПБК 28 июня

Населению необходимо срочно обновить сертификаты ID-карт

Сейчас в обращении находится свыше 440 тысяч необновленных ИД-карточек, сертификаты которых невозможно будет использовать с июля месяца,…
Новости ПБК 28 июня

Остались считанные дни до начала председательства Эстонии в ЕС

До того момента, когда Эстония станет страной-председателем Евросоюза, остаются считанные дни, передают «Новости Эстонии».
Новости ПБК 27 июня

Цахкна и Михкельсон покидают партию IRL

Два сильных лидера уходят из своей партии накануне выборов, передают…
События 27 июня

В районе перекрестка в Хааберсти высадят около 300 новых деревьев и…

По словам исполняющего обязанности мэра Таллинна Таави Ааса, в…
Новости ПБК 27 июня

Защитники ивы пытались спасти дерево до последнего момента

На пути ремонтных работ новой крупной дорожной развязки в столице…
Бульвар 27 июня

50-летняя Сальма Хайек опубликовала обнаженное селфи

Роковая брюнетка Голливуда Сальма Хайек сразила наповал своих…

Партнеры